Возвышение Ордена завершается, и все земли под его правлением переживают кризис. В это время главный герой — один из самых сомнительных членов ордена — оказывается в центре заговора, который может изменить судьбу всего континента. Книга проникает в глубины душ и решений, когда выбор между верностью и свободой становится вопросом жизни и смерти....
Через вдох, не услышав от меня ни слова, Изард отвёл взгляд и поднёс пирамидку к глазам, словно это должно было помочь ему лучше слышать записанную в ней мыслеречь.
Почти сотню вдохов мы простояли в тишине журчания реки и шума водопада. Я, Изард с пирамидкой и Утхал. Три замерших изваяния на дорожке вдоль реки. Один дух и два человека.
Наконец, Изард моргнул, впервые за эту сотню вдохов, пирамидка исчезла с его ладони, а он сам, словно ничего не было, спросил:
— Возвращаемся в Павильон Алхимии?
Я буркнул:
— Да.
Неожиданно заговорил Утхал:
— Старший, у вас больше нет послания? Моё задание выполнено?
— Пока обойдусь без посланий, — сухо ответил Изард, но ведь ответил, удивив меня.
Через миг меня удивил и Утхал, обратившись ко мне:
— Тогда, комтур, я прошу вас взять меня с собой, сделать прямым подчинённым и найти мне дело. За эти годы я устал от одних и тех же лиц в поселении, но и проверять, кто жив, а кто нет из товарищей в Ордене, совсем не хочу, — Утхал мрачно усмехнулся. — Оказалось, что я не совсем готов к свободе, о которой столько мечтал.
Я невольно потянулся к брови. По-се-ле-ние? Он ведь говорит про поселение здесь, в городе Тысячи Этажей? И почему я решил, что все эти годы орденцы провели в одиночестве?
— Комтур?
Я всё же потёр бровь и ответил:
— Что же, у меня есть для тебя и место, и дело, и новые лица. Но со всем этим есть одна сложность.
Я замолчал, пытаясь сообразить, как сказать всё.
Утхал понял это по-своему, вздохнул:
— Я всё ещё недостоин узнать суть договора со старшим Изардом?
Вот уж спросил.
— Я никогда не говорил, что кто-то из вас недостоин. Я лишь опасался, что вас могут схватить, — прежде чем он снова что-то сказал, я заметил. — Но раз ты вернулся и готов пойти за мной. Готов же?
— Куда прикажете, комтур.
Я довольно кивнул и, наконец, перешёл к главному, к тому, на чём споткнулся до этого.
— Я собираюсь кое-куда взять многих из Ордена. Но все, кто пойдут со мной, получат печать Указа, которая будет запрещать им называть себя орденцами и упоминать Орден Небесного Меча.
Утхал склонил голову:
— Я понимал в прошлый раз необходимость сокрытия тайны, понимаю её сейчас и готов на печать.
— Тогда начнём с первой тайны, — вздохнул я и проявил на ладони медальон магистра. — Я не просто преемник магистра Хорита, а официально новый магистр Ордена Небесного Меча.
Утхал спокойно кивнул:
— Я подозревал это, магистр. Подобную вещь никто не передаёт просто так.
