Праздник к нам приходит в одиннадцатом классе. Одиннадцатый год обучения заканчивается, и все учащиеся одеты в костюмы или маски — от русалок до медведей. Начинается жеребьевка на судьбоносные пары, где каждому ученику дается уникальный номер. Анина и Таняшина активность не оставляет никого равнодушным — они ведут всех под контролем....
Похоже, «Вперед в прошлое 10» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
В принципе, можно было не насиловать себе мозг обменом одного товара на другой, а сразу рассчитываться налом, но надо было с чего-то начать и обкатать схему.
— Все меняем? — уточнил отчим уже на улице, недоверчиво глядя на проходящих мимо мужиков протокольной наружности.
— Желательно. Оставим сотку на непредвиденные расходы, оплату будем производить в долларах, у меня есть надежный валютчик. Идемте к нему.
Павел, как обычно, расфуфыренный и наглаженный стоял на своем месте, сунув руки в карманы. Его напарница Леночка стояла неподалеку, опершись о стену и разгадывая кроссворд.
— О, юный финансовый гений! Рад видеть!
Он пожал мою руку, затем — руку Василия и спросил:
— Купить? Продать?
— Баксы нужны, — сказал я. — Какой нынче курс?
Я ожидал услышать, что 1150 за один доллар, как был, или 1200.
— Тысяча четыреста покупка, — озвучил курс валютчик, и я аж икнул, а Василий выпучил глаза. — Тебе могу сделать тысячу триста восемьдесят. Чего глаза таращите? Теперь так.
— А вдруг опустится? — с надеждой проговорил отчим.
Я подумал, что все, конец мнимой стабильности, свистопляска началась, и качнул головой.
— Увы, доллар будет только расти. И цены будут расти, только и успевай за ними.
— Парень дело говорит, — кивнул валютчик. — У него феноменальное чутье.
— Так что делаем? — растерянно спросил отчим.
— Нам надо посовещаться, — сказал я валютчику, и мы отошли в более-менее безлюдное место на пустыре.
Я достал калькулятор, объяснив:
— В долларах расплачиваться невыгодно.
Я принялся считать. Допустим, мы купим те самые две с копейками тонны солярки. Оставляем сто сорок тысяч с запасом. Тонна картошки — сто пятьдесят. Округляем, получаем триста тысяч.
— И сто тысяч. Мало ли что случится, — пробурчал отчим. — Четыреста. Двести твоих, двести моих.
Последнее он говорил жалобно, потому что это были его последние деньги, он на кон поставил все, и, если прогорит, останется банкротом, аж мне его неуверенность передалась.
И правда ведь, мы разбираемся в этих процессах только в общих чертах, а сколько существует нюансов, которые могут поставить крест на нашей задумке! Например, нуждающийся в ТО «КАМАЗ» сломается в дороге, как в самый неподходящий момент случилось с бабушкиным водителем.
Нас могут кинуть. Нам могут дать от ворот поворот из-за отсутствия у нас права на коммерческую деятельность.
Нас могут тормознуть и выпоторошить гаишники.
