Что это было? От кошмара к реальности в мгновение короны. Тук-тук, тук-тук — вагон приближается. Летят воспоминания и непонятные мысли, как посыльные дневного сна. В этом мире заблудился обычный человек, пытаясь найти себе дорогу через мир чужих снов, неизвестных страхов и случайных встреч....
Похоже, «Вперед в прошлое 4» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Рука сама потянулась к рисунку. Я взял его, и вдруг стало тепло, под черепной коробкой засвербело, аж захотелось почесать мозги.
Что? Тепло? Я сделал вот это? Победил свой страх?
Но почему тогда мой взрослый разум изгнан? Тот я был бесстрашным и вообще ничего не боялся, был скалой.
Скалой. Твердой, статичной, способной терять валуны, которые облизывает, обкатывает, дробит море, превращая в песок. Да, скала защищает от ветра, служит ориентиром, на ней можно установить маяк, но сама она статична и неизменна.
Выходит, изъятие было не диверсией, а просто тот я исчерпал свои возможности, потому что мог влиять только извне, когда гораздо эффективнее — изнутри?
С листком в руке я брякнулся на кровать.
То, как мне хочется мопед, то, как я боялся продавать те несчастные трусы… Боялся, но пересилил себя. В этом и есть смысл? В брызгах безудержных чувств, в поединке с самим собой — больше, чем в том, что выкладывается вовне?
Упав на кровать, я раскинул руки.
"Казалось, голова лопнет, да сам я взорвусь от распирающих меня догадок и чувств. Вспомнилось, как я хотел заныкать трусы, а они спасли мир. Подарили людям несколько месяцев или недель жизни, а может — и целый год! Я представлял те огромные белые трусы-парашюты на страже человечества, и меня складывало от смеха.
Прохладно. Тепло. Горячо!
Да, похоже, это и есть правда. В голове крутилось: «Следи за собой, будь осторожен. Следи за собой». Аж послушать захотелось, хотя я больше любил западный рок, русский стал слушать много позже, кроме «Арии». Ну не понимал я многого, зато теперь понимаю.
«Нау», «Пикник», «Аквариум», «Агата Кристи», «Г. О.», «Крематорий». «КиШ» уже выступает, но они пока широко известны только в узких кругах, а вот Чиграков уже поехал в Питер и скоро выпустит первый альбом, недолго мне без него скучать.
Эх!
«Две тысячи первый год, я бегу по дороге, разинув рот, а за мной по пятам катятся танки». Миллениум такой далекий! Не далекий и забытый, как пора голодного студенчества, а манящий и непознанный.
