Автор
Человек, переживший ядерный взрыв, возвращается в прошлое четырнадцатилетним мальчиком. Обладая знаниями о будущем, он пытается изменить реальность, но реальность начинает сопротивляться, пытаясь избавиться от чужака. Неумолимая борьба между человеком и временем обретает угрожающие масштабы.
Но нам они не нужны, так ведь? Вы как, в деле?
— А то! — сверкнул глазами Минаев.
— Попробую, — кивнул Чабанов.
— Я даже не знаю. — Рамиль почесал в затылке. — Хватит ли времени учиться. Надо ж на рынке помогать.
Гаечка и так неплохо училась и, конечно же, нас поддержала и развила мою мысль:
— Давайте как выучим все на понедельник, как начнем отвечать! Чтобы круче Барановой, и она слова вставить не могла. Ну, то есть дополнить. Только с алгеброй поможете? Я ж в ней не в зуб ногой.
— Конечно поможем! — выразил готовность Илья.
Минаеву мысль понравилась, и он предложил:
— Я кое-что придумал! Баранова всех задолбала дополнениями, не дает отвечать. Давайте на каждую тему накопаем кучу мелких фактов, которые не выучишь, и будем дополнять! Вот тогда попляшет!
Илья внес предложение:
— Кто-то один собирает дополнения по английскому, кто-то — по алгебре. Я беру на себя алгебру.
После школы я здорово подтянул английский и мог разговаривать без словаря, потому предложил:
— Английский!
Еще литература, — напомнила Гаечка. — Это моя стихия. Делаем так. Каждый выписывает возможные дополнения, раздает остальным, учим и заваливаем эту дрянь дополнениями, когда она вдруг что-то забудет. Не один кто-то, а все, даже Рамиль.
— А че сразу «даже»? — возмутился он.
— Потому что ты не учишься нифига, — сказал Илья.
Илья с Барановой соревновался за право называться самым умным и превосходил ее в точных науках, но не умел интриговать и красноречием не блистал. В то время как Баранова старалась укоренить мнение, что Каретников — заучман. Не спит, не ест, только зубрит, в то время как ей достаточно прочитать параграф, чтобы вникнуть в тему.
— Доминируй и унижай! — подзадорил их я.
Память взрослого помогла сыграть на тщеславии и на том, что в каждом дремлет гений, желающий, чтобы его признали. Все с удовольствием утрут нос Барановой, потому что каждый хоть раз получал от нее порцию яда или был публично осмеян.
— Долой монополию на ум! — воскликнул я.
В этот момент в зал вбежали Ян и Борис, Алиса и Каюк. Команда была в сборе, лишь Наташка не пришла, занятая репетицией в театре. Значит, можно начинать. Я тоже вроде отдышался и выгнал лишнее из головы. Встал и хлопнул в ладоши, задумавшись, что надо бы купить себе свисток.
— Ну что, салаги?! Готовы?!
Утвердительно ответили несколько голосов. Я поднес ладонь к уху и крикнул:
— Что?! Вас не слышно!
— Готовы! — заорали все и начали строиться.
