Автор
В свете восходящего солнца в заснеженной комнате Тимофеевой дачи играют тени. Свеча трепещет на ковре, как будто приглашая всех к неведомым мыслям и происшествиям. Уже не первая встреча с незнакомыми существами заставляет вас задуматься о том, что мир может быть гораздо более загадочным, чем казалось ранее....
Главное больше не гадь и не трепли лишнего
— Спасибо, — сморщив нос, выдавил из себя Памфилов. — Не буду.
И снова пришлось объяснить:
— Тебе сейчас неприятно, потому что ты чувствуешь себя побежденным, но это не так, с тобой никто не воевал. Ты просто бросался на бочку с гвоздями, думая, что вот он, враг. Но не все, что нас ранит — наш враг. Иногда мы сами убиваемся о разные предметы. Малыш потом мстит и колотит злобный угол или стол, но толку? Короче, ты меня услышал.
Памфилов кивнул, я залпом выпил компот, положил напротив Денчика нетронутый пирожок и поспешил к Илье.
— Спасибо, — донеслось в спину.
Свернув к рукомойникам, я столкнулся с гоп-командой, которая, оказывается, за нами следила.
— Ну че? — спросил Чума, пританцовывая от нетерпения. — Тупой, да? Объяснить ему, да?
— Ты только скажи! — Плям ударил кулаком о ладонь.
Вот только не хватало мне обзавестись боевым отрядом торпед! Похоже, Чума решил, что он теперь должен мне за лечение.
— Да не, он все понял. Не трогайте его, хорошо?
Барик, стоявший в галерее, указал в окно и завопил:
— Пацаны! Петухи на горизонте!
Барик первый рванул к выходу. А я заметил Дорофеева и Афоню. Они специально спрятались в туалете и пошли домой позже всех, думая, что все враги разошлись. Барик вылетел на улицу и, сунув два пальца в рот, свистнул — видимо, созывая группу поддержки.
Афоня с Дорофеевым ускорили шаг и скрылись из поля зрения, гоп-команда Чумы рванула за ними, вопя и улюлюкая.
— Ну что? — спросил он.
— Попытался объяснить Денчику, в чем он неправ. Инна ж поняла, причем своим умом, вдруг и до него дойдет, парень-то он вроде неплохой, зачем его травить.
Илья кивнул и задумался. Молчал он, наверное, с минуту, и только когда мы вышли со школьного двора, сказал:
— Ты бы так не поступил. Тот ты, которого я знал раньше. Все-таки теперь ты — это не совсем ты.
— Представь на минутку, что от тебя зависит… очень многое, — объяснил я. — Например, когда будет та самая война, что убьет нас в будущем. Причем зависит от каждого твоего слова. Загнобил Памфилова — и это не пошло плюсом.
Илья передернул плечами, посмотрел с сочувствием.
— Я бы не хотел так.
— И я не хочу, а приходится.
