Автор
Игорь, встревоженный взглядом его матери, затаил дыхание, готовясь к очередной потере преступника. Вчерашний ужас остался позади, и теперь Игорю необходимо найти виновника, чтобы восстановить свою репутацию и спасти материнскую доверие. Как жертва голодной рыси вцепляется зубами в добычу, так он твёрдо заслоняет правду, понимая, что каждое слово может определить судьбу....
— Вы не понимаете, — бормотал Лёха, пытаясь обратить приятелей в свою политическую веру, — нас тупо посылают нах! А они лезут и лезут, и если мы так и будем нифига не делать…
Первым меня увидел кореец на перекладине, спрыгнул, набычился, уставившись недобро.
— Ты кто такой?
Все повернули головы, Лёха замолчал.
— Привет, — сказал я как можно более нагло.
— Это Пашка, ну, тот самый, — проговорил Лёха.
Воцарилось молчание, парни недоуменно переглянулись.
— Я его позвал, — пробормотал Лёха виновато.
Похоже, ни с кем он мой визит не согласовывал.
— Мир, дверь, мяч? — криво ухмыльнулся я, адресуя колкость Лёхе, и зашагал прочь. — Ладно, понял, ухожу.
— Не понял, что за мяч?! — с наездом бросил в спину кто-то из парней.
— Скажи это по-английски, поймешь, — ответил я, сбавив скорость.
Воцарилось молчание, парни «зависли». Смех донесся, когда я уже покинул спортплощадку. Не сдержав любопытства, кто же самый догадливый, я обернулся. Кореец хохотал, складываясь пополам.
— Пацан, иди сюда! — кореец сделал приглашающий жест. — Ты мне нравишься!
— Звучит подозрительно, — крикнул я, теперь прыснули остальные.
— Ладно, раз уж пришел, давай к нам, — снизошел до меня узкоглазый Алекс-мажор и отвесил Лёхе подзатыльник.
— Чем ты можешь быть нам полезен? — спросил кореец, когда я подошел, разглядывая меня, как перекуп — подержанную тачку.
Молча я направился к перекладине. Подтягивания мне не очень давались, но десять раз подтянулся легко, спрыгнул, потирая руки. Можно было поспарринговать с кем-то, но парни выглядели спортивными, и не хотелось опозориться. А вот силы свои проверить — хотелось.
— Были бы боксерские перчатки, показал бы, — сказал я.
Биться на голыми руками — не самая хорошая идея.
— Покажешь, — кивнул Лекс-крепыш.
— В сфинкса поиграть хочешь? — продемонстрировал эрудированность я. — Валяй.
— Видите? Он реально с мозгами! — встал на мою защиту Лёха.
Лекс-крепыш, директорский сынок, преобразился, прибавив лет пять, и выдал:
— Какая первая планета от солнца?
— Меркурий, — ответил я без раздумий и задал встречный вопрос: — Сколько спутников у Венеры?
— Два, — брякнул Лекс.
