Автор
Игорь, встревоженный взглядом его матери, затаил дыхание, готовясь к очередной потере преступника. Вчерашний ужас остался позади, и теперь Игорю необходимо найти виновника, чтобы восстановить свою репутацию и спасти материнскую доверие. Как жертва голодной рыси вцепляется зубами в добычу, так он твёрдо заслоняет правду, понимая, что каждое слово может определить судьбу....
С появлением продавца у меня освободится куча времени, я смогу развиваться в разных направлениях. К тому же Влад производил приятное впечатление, что-то в нем было теплое и понятное, некая беспомощность, что ли. Никак он не напоминал сидельца.
В этот момент на второй путь прибыл наш поезд, и я собрался двинуться к шестому вагону, откуда нам выдадут товар, но Влад остановил меня и сказал, смущаясь:
— Павел, я понимаю, что ты принимаешь рискованное решение. Какой-то хрен с горы, только из зоны, возможно, вор или туберкулезный.
Он достал из сумки потрепанную бумажную папку, протянул мне.
— Я понимаю, все это может быть липой, кроме паспорта.
В папке лежали результаты медицинского обследования, я перебрал листы с анализами и заключениями. Влад был здоров, если не считать ОРВИ, от которого сейчас лечился. Но это неудивительно — при нулевой температуре ходить в летних вещах.
— Паспорт пусть будет у тебя, пока я на точке. Так тебе будет спокойнее.
Я малость обалдел.
Безоговорочно ему верить я, конечно, не буду, но к себе он меня расположил.
Из поезда хлынули пассажиры: и загорелые южане, и местные, возвращающиеся с отдыха. Промелькнула пара челноков с баулами. А может, то не челноки, а наши конкуренты с орехами и прочим.
Подождав, пока пассажиры освободят проход, мы двинулись к шестому вагону, где у Сергея и Валентина я принял список товара на листке и две горы, расплатился с проводниками, поболтал о жизни — и ни слова о политике! Познакомил мужчин с Владом, который сразу же обаял их и расположил к себе. Ему бы лекции вести или продажником работать — вот уж мастер непринужденных бесед!
— Что нам передали? — спросил Влад, когда проводники с нами распрощались, обошел вокруг горы, состоящей из связанных между собой коробок и ящиков.
Я зачитал список, умолчав о закупочной цене:
— Груши желтые — пятнадцать кэгэ, груши с розовым боком — пятнадцать кэгэ, виноград мускат белый — десять, виноград черный — десять. Виноград сорта «Кардинал» — пятнадцать. Орехи — десять. Чурчхела — двадцать штук. Зизифус — пять кэгэ. Инжир — десять килограммов… Надо же, еще не перевелся.
— Инжир? — Влад жадно сглотнул слюну.
