Вперед в Кузинатр: В салоне автобуса тесно и шумно, как будто весь город собрался за одной остановкой. Я чувствую себя маленьким лягушкой среди огромных челноков. Парни ждут моего сигнала, пока я вежливо ищу водителя для переговоров.
Похоже, «Вперед в прошлое 8» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Он протянул мне тетрадные листы, где были эскизы баскетболиста, бегуна, акробата на брусьях и тяжелоатлета. Я уставился на них, слабо соображая, чего от меня хотят. Перед глазами еще был таинственный персонаж, как-то связанный с ядерными событиями, и расцвеченный тюльпанами сквер возле театра, и море между деревьями. Хотелось узнать, что это за город, чтобы поехать туда весной, увидеть всё это воочию… Хотя вряд ли сейчас там так красиво, мне показывают картинки из будущего, где не был даже я-взрослый.
Какая у нас прекрасная планета! Вспомнился анекдот, где Земля жаловалась Марсу, что на ней завелись люди, на что получила ответ: «Не переживай, через сто тысяч лет само пройдет».
— Так что? — блеснул глазами Боря. — Какой тебе нравится? Смотри, вот еще.
Он перевернул лист, и я увидел пловчих, велосипедистов и боксера.
— Ну-у-у, — я попытался себя переключить на настоящее. — В баскетбол мы на физре играем. В футбол еще, а футболиста нет.
— Точно! — Боря хлопнул себя по лбу.
— Все прикольные.
— Да! Нарисую. Так когда?
— Раньше одиннадцати никто не придет. Мы собираемся в час, это ты знаешь.
— Тю. А ты чего подорвался?
— Мне по делам, — зевнув, ответил я.
Реальность проступала медленно, кусками. Я кое-что вспомнил и спросил:
— Не знаешь, мама совсем загуляла или вернулась?
Вчера мы ее не дождались и легли спать.
Борис пожал плечами, тихонько подошел к маминой комнате, приоткрыл дверь, заглянул и сказал задумчиво:
— Нету. Кровать заправлена. Загуляла!
— Или уже убежала на работу, ей ведь пока еще в поле, а это рано вставать.
— А-а-а… Ну да. — Его лицо стало испуганным. — А вдруг с ней что-то случилось? Она не могла с нами так поступить.
— Как — так? — уточнил я. — Нормально все, она же с коллективом празднует.
Пару секунд назад я был уверен, что с мамой все хорошо, теперь в разум начали закрадываться сомнения.
— Не предупредить! Вдруг мы ждали ее, волновались, не спали? Позвонить-то могла! Телефон теперь есть.
В его голосе читались ревность и испуг. Я ничего говорить не стал, потому что не осуждал маму. Она молодая, ей и сорока нет. Насколько знаю, отец — ее первый и единственный мужчина. Повезло так повезло! Так пусть будет счастлива.
