Вперед в Кузинатр: В салоне автобуса тесно и шумно, как будто весь город собрался за одной остановкой. Я чувствую себя маленьким лягушкой среди огромных челноков. Парни ждут моего сигнала, пока я вежливо ищу водителя для переговоров.
Похоже, «Вперед в прошлое 8» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Что за дебил погубил таких хороших собак? Их бы с радостью разобрали для охраны.
Его услышал Игорь и сказал:
— У бати был друг, он разводил породистых собак, алабаев. Потом стал разводить бультерьеров, их покупали лучше, потому что модные. Так вот. Одна алабаиха сбежала из вольера, ее нашли. Но оказалось, что она это… щенная. То есть с дворнягами погуляла. Ну, он щенков утопил, а собаку отдал кому-то, типа она бракованная, не будет рожать нормальных щенков. Если тут такое же, многим заводчикам проще щенков убить, чем морочиться, пристраивать.
— Как так можно? — проговорила Гаечка, не отвлекаясь от кормления. — Ладно убить… Но как можно не любить собак и разводить их? Ведь если любишь, убивать не станешь. Ну да, не такой, но живой ведь!
— Факт, — сказал Игорь и сунул в рот былинку. — Классные вы. Вот бы в интернате все такими были.
Из леса донесся радостный возглас Барика:
— А-ха-ха! Я гриб нашел! Здоровенный.
— Козел, — буркнула Гаечка. — Зря за него проголосовали. Я была против.
Взрослый я был равнодушен к живности и не тащил кошек и собак в квартиру. И не из-за образа жизни — просто не хотел себя обременять. Сейчас же смотрел на этот бурый комок, и сердце сжималось. Но больше от того, как на это реагируют дети. Что дети жестоки — факт, но их жестокость искренняя, они еще не покрылись ржавчиной равнодушия, не научились жертвовать любимым ради выгоды, не обросли, будто ракушками, коростой цинизма.
Я-взрослый сейчас пожал бы плечами и участвовал в спасении щенка из уважения к чувствам детей.
Я нынешний — чувствую, и это делает меня… более живым, что ли. Наверное, именно поэтому взрослый ушел.
— Все, закончилось! — Гаечка протянула мне блюдце. — Точнее не кончилось, но капля не получается.
— Подожди немного, и остатки залей ему в рот, — посоветовал я. — Уже можно, да и там совсем немного. А потом вот.
Я принес мешок, сложил его в несколько раз.
— Положи сюда щенка. Если он обмочится, значит, скорее всего, выживет. Значит, почки заработали. Ты же не хочешь, чтобы он это сделал на тебя? Нам еще назад через весь город ехать.
Подбежал красноглазый и красноносый Боря, протянул руку:
— Дайте я своего щенка напою. Вдруг поможет.
Противиться я не стал. Борис удалился, совершил манипуляции с трупом, вернулся, отдал тарелку, топнул от досады:
— Не помогло."
"И посмотрел с вызовом, как будто я во всем виноват.
