Вперед в Кузинатр: В салоне автобуса тесно и шумно, как будто весь город собрался за одной остановкой. Я чувствую себя маленьким лягушкой среди огромных челноков. Парни ждут моего сигнала, пока я вежливо ищу водителя для переговоров.
Похоже, «Вперед в прошлое 8» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Оба были в два человеческих роста, почти как живые, на лицах — азарт, борьба, у негра рот раскрыт, губы Ткаченко сжаты.
— Охренеть! — воскликнул Памфилов, покосился на Петровича и хлопнул себя по губам.
Переобувшись, он выбежал в центральный круг, посмотрел на стену за моей спиной и отвесил челюсть. Я тоже обернулся.
Один спринтер, воздев руки и раскрыв рот, разрывал финишную ленту, все еще продолжая бежать. Отставая на шаг и наклонившись, за ним пытался угнаться соперник: лицо перекошено, лоб блестит от пота, мышцы напряжены…
Нет, это не рисунок мальчишки.
— Борис, ты мастер! — выдохнула Гаечка.
— Это великолепно! — сказал Илья.
— Неожиданно и приятно. Не думал, что получится так здорово! — пророкотал Петрович.
Борис сиял ярче солнца. Все принялись его хвалить и поздравлять, он аж зарделся. Когда фонтан восторга иссяк, я собрался объявить начало тренировки, но меня опередил Илья, выбежал в центральный круг к Памфилову и воскликнул:
— Друзья! Мой отец сходил в милицию и забрал все наши вещи, а еще… В общем, приглашаю всех, кто сможет, сегодня в семь вечера ко мне на просмотр фильма «Безумный Макс-3».
Рамиль прошелся на руках. Алиса сделала «колесо», Димоны просто заорали:
— Да-а-а!
А я подумал, это значит, что Каретниковым удалось вернуть украденные телевизор и видик — бандиты отнесли их на базу и не вывезли оттуда.
Подождав, когда вторая волна радости схлынет, я объявил:
— Построились! Разминка!
Ребята выкладывались на все сто, подогретые впечатлениями от Бориных рисунков и простимулированные предчувствием удовольствия.
Из-за отсутствия снаряжения, во второй части тренировки у нас была борьба. К радости Петровича, закончили мы ровно в семь, он записал наши фамилии в тетрадь посещений и отпустил восвояси.
На улице мы наперегонки, вопя и улюлюкая, рванули к Илье смотреть «Безумного Макса».
Набились в зал, как селедки. Домой ушла только Лихолетова — у нее родители звери. Я, Борис, Мановар заняли диван. Алиса и Гаечка, как птички на жердочках, устроились на подлокотниках, остальные расселись на полу на ковре. Илья выключил свет, оставил только ночник на стене, и все, разинув рты, уставились на экран.
Говорят, все события идут по спирали.
