Понедельник, 8 ноября 1993 — Времена меняются, а жизнь продолжает полет. Утро началось со старта Бориса на постели: "Над морем теплится рассвет. Три месяца до весны...". Наташа уже готовится к дню, глядя в будущее через стекла очков и ритмичные шаги по лестнице. Вперед в прошлое — не просто фраза, это стремление каждого сердца к своему пути....
Похоже, «Вперед в прошлое 9» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Или хотя бы матрасы и одеяла."
"— Попытаемся достать, — кивнул он и посмотрела на Овечкина: — Достанем ведь, да?
Инспектор по делам несовершеннолетних пожал плечами.
— Ну, наверное.
— Вот и решилось, — проговорил я, и мы направились к Вере Ивановне.
Девчонки уже расфасовали ее вещи, ждали нас, а растерянная Вера Ивановна держала в одной руке фарфоровую статуэтку балерины. Во второй — длинный зонт с набалдашником, больше похожий на трость.
Девочки рассказали ей, куда мы пойдем, я добавил, пытаясь поднять чемодан (жаль, без колесиков), он был тяжелым, килограммов двадцать:
— Потом вам предоставят жилье.
Илья поднял более легкую сумку, перекинув лямку через плечо, и мы двинулись на базу. На дороге Вера Ивановна обернулась и посмотрела на разрушенный дом так, словно с покойником прощалась.
* * *Замок на двери нашего подвала был добротным, и Леониду Эдуардовичу пришлось поработать ломиком, а потом — топором. Изнутри дохнуло сыростью, теплом… и сигаретами. «Славяне» там курили.
— Проходите.
Внутри все было так же, как раньше, только спортивный инвентарь вынесли: убитый диван, старый стол, два колченогих табурета и ободранный старый стул. Со стены в нашу сторону тянул руку Шреддер, будто хотел нанизать на шипы, чуть дальше был Терминатор с пистолетом.
— Боря рисовал? — севшим голосом спросила Вера Ивановна, опускаясь на диван.
— Боря, — подтвердила Алиса и принялась одеревеневшей тряпкой смахивать со стола крошки в консервную банку с окурками.
— Ага, потом их самих постреляли наши бандиты, — дополнила рассказ Гаечка, а когда Вера Ивановна повела плечами, добавила: — Не здесь. Отсюда они уже сбежали.
Все уже знали, что отец Барика помогал «Славянам», возможно, именно он и привел их в город, но говорить учительнице не стали. Барик и так в тину ушел, на глаза нам показываться боится, и гопота постарше его гоняет — он дома все время сидит.
— Будете чай? — предложил Леонид Эдуардович. — Вы, наверное, замерзли. Давайте поднимемся к нам, но здесь, признаться, теплее.
Вера Ивановна с готовностью вскочила.
— Буду очень благодарна… Мне нужно… А где здесь туалет?
— Увы, нет, — развел руками я.
— Идемте же! Ребята за вещами присмотрят, — повторил Каретников-старший.
Я уселся на нагретое учительницей место, проводил ее взглядом.
