Понедельник, 8 ноября 1993 — Времена меняются, а жизнь продолжает полет. Утро началось со старта Бориса на постели: "Над морем теплится рассвет. Три месяца до весны...". Наташа уже готовится к дню, глядя в будущее через стекла очков и ритмичные шаги по лестнице. Вперед в прошлое — не просто фраза, это стремление каждого сердца к своему пути....
Похоже, «Вперед в прошлое 9» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Не дожидаясь, пока они уйдут с маршрута, Мановар проверил, хорошо ли скользят его ботинки, разогнался и попытался проехать на корточках, но распластался звездой и с диким ревом покатился. Заговорщицки улыбаясь, Илья подобрал изодранную пленку, сел на нее и поехал с криком:
— Дави Мановара!
Охваченный их азартом, я забыл о том, что почти взрослый, уселся на узкий обломок картонки и посерфил вниз — только ветер в ушах засвистел, а картинка перед глазами смазалась. Перелетев через трамплин, шмякнулся на зад, и меня развернуло, дальше я ехал вперед спиной, а друзья бежали рядом.
Когда я остановился, Илья предложил:
— Давайте вечером сюда придем, подичаем. Крутая горка!
— Давай, Боря тоже хотел, — согласился я, поднимаясь и оглядываясь. — И где этот проезд? Похоже, он и правда липовый.
— Или я ошибся, — признался Мановар.
Здесь была только одна улица, ведущая к морю мимо дома Веры Ивановны и Карасей, и никаких примыкающих дорог.
— Может, там? — Илья указал на пологий холм справа. — Просто вторую дорогу мусором завалило, и мы ее не видим.
Такой участок мне не подходил: слишком высоко, колодец не выкопать, водопровод провести — целое дело, но мы поднялись, спросили у хозяев дома адрес, убедились, что это не здесь. Мужчина, который к нам вышел, указал на горку, с которой катались дети, и сказал:
— Там две дороги, есть грунтовка левее, ведет она к небольшому озерцу. Сходите проверьте там.
Про озеро хозяйка участка ничего не говорила, но мы послушали совет, поднялись на пригорок, где катались дети, и взяли левее, прошли мимо трехэтажного недостроя, слепленного из всего, что было под рукой, мимо замерзшего болотца, видимо, его и назвали озером, и оказались на заваленном обломками пустыре размером с футбольное поле, где угадывалась дорога, участки справа и слева и еще один недострой, одноэтажный, с поваленными ветром въездными воротами.
— Кажется, тут, — сказал Мановар с некоторым облегчением.
— Нужный участок — крайний, — проговорил я.
Мановар, сверкнув глазами, потер руки, Илья заявил:
— Я с тобой.
И я вспомнил, как мы с мамой прорывались на дачу в первый лень после урагана. Зато ясно, что этот пятачок не заселен, дорогу тут не расчистили, даже мародеры не наведывались, нет никаких следов. Скорее потому, что из недостроев все ценное вынесли еще по хорошей погоде.
