В медленно погружающейся в вечность больнице на дне теневой гильдии появляется новый врач. Здесь балуются знатоки и работяги, здесь в шляпках гуляет мода, а в голове у молодого врача — дар природы и уникальные способности. И вот он решает начать карьеру именно с хирургии, открывая в трактирах и ресторанах мир невидимых лечений....
Правда, Дмитрий-то рассчитывал, что она его ухаживания благосклонно примет и окажет знаки внимания лежа на спине и расставив ноги."
"— Козёл! — поморщилась Мария, так не к месту вспомнив того, кто, недавно, держа ее подбородок двумя пальцами, объявлял о своих намерениях и не помышлял об отказе.
В тот вечер она оставила дома подарок, а так бы его вернула, ну, или пальнула пару раз в наглеца. Хотя, нет, не смогла бы выстрелить. Даже ночью и то долго не хотела применять оружие. Другой вопрос в том, как она вообще осмелилась и решилась отправиться ночью на поиски зельевара, да еще рекомендованного портье с бегающими глазами.
— Этими вот пальцами ковырялась в ране малознакомого парня и пулю доставала? — она вытащила из-под одеяла руку и внимательно на нее посмотрела.
Щека припухла и болит, саднят губы, но она точно не целовалась… наверное. И ведь не пила! Что, черт возьми, происходит⁈ Обведя взглядом убогую обстановку комнаты, Мария осторожно кашлянула и прислушалась. Ни звука из кухни не донеслось, в том числе и из уборной комнаты, а она уже пару минут, как сидит и пытается осмыслить происходящее.
— Давай-ка рассуждать по порядку, — прошептала и поморщилась от боли в губе.
Последний месяц у них с отцом прямо черная полоса наступила. Посыпались обвинения, что их зелья и эликсиры не только не помогают, но и вредят. Даже предъявили несколько заключений конкурентов, где чуть ли черным по белому не написали о яде. Благо ни одного летального случая не зафиксировано, но племянницу императора выворачивало несколько дней кряду, после их настойки, признанной подчеркнуть красоту и вывести прыщи с лица. Вот тогда-то и вышел из себя глава клана империи, при своих советниках отчитал отца, приостановил действие его титула и велел убраться из столицы.
