На улице стояла пасмурная хмарь, в общем-то, такая же, как и в его душе.
Его жизнь уже давно не заладилась и теперь лишь катилась по наклонной плоскости и всё с того самого рокового проекта.
Его дипломная работа привлекла внимание одного исследовательского института и его пригласили, и дальше развивать эту тему.
На что Тиар сразу же согласился.
И уже, практически, через два года, даже быстрее, чем ожидали многие, получил положительные результаты.
Только вот, как оказалось, он не совсем правильно понял постановку задачи и положительного результата у этих исследований не должно было быть в принципе.
Как раз тогда-то и началась его чёрная полоса.
Сначала полный провал проекта, подстроенный его непосредственным руководителем и главой исследовательского центра, потом увольнение, без возможности хот когда-нибудь пробиться в научную среду, а потом и финансовый прессинг, с целью выдавить его из столицы.
И сейчас он осел в этом небольшом технологическом мире, где смог найти приемлемую работу.
Но он прекрасно понимал, что его постоянно пасут и никто не даст ему с его знаниями вновь влезть в научные круги.
Слишком дорого они тогда обойдутся остальным.
Тиар вообще, не понимал, как его ещё отпустили со всеми этими наработками в голове. Затерли бы память ментоустройствами аграфов и он бы стал им совершенно не опасен.
Только вот его руководство всё-таки было обычной научной и финансовой элитой, а не госструктурами, которые, и используют такие методы, ну и во-вторых, и это более важно.
А кто сказал, что это информация будет уничтожена и аграфы сами не заберут её себе.
Именно поэтому его и оставили в покое, только вот сильно ограничив в возможностях.
Например, с ним никто и никогда не смог бы связаться по нейросети, или он не мог переслал никому своих протоколов, снятых ею.
И только Тиар об этом подумал как ему поступил входящий вызов.
«Это что?» — поражённо подумал он.
Ведь ему на уровне всего доступа самого Содружества перекрыли все входы и он тупо не мог бы воспользоваться теми знаниями, что зашиты в его нейросеть, и которые хранятся там.
Часть его воспоминаний заблокировали и он просто не мог получить к ним прямой доступ, просто не замечая их.
Точно так же как не мог получить и тот вызов, что долбится к нему сейчас.
— Да? — тихо спросил он, даже особо не надеясь на то, что это ему не показалось.
