В Ленинграде вновь нарушается тщательно спланированный план. Серый ноябрьский небосвод и мерзкий снежный хуже чем кашу сковывают душевное состояние главного героя, Алексея Протоппова. Он ненавидит этот город за его помпашистость и неуютность, а теперь его планы пошли под откос — это настоящий удар в лицо....
Выяснилось, что инструктор знал его под кличкой Князь.
– И где твой Князь?
– А его здесь и не было. Он предпочитает на войну смотреть со стороны. Он мастер убийства из-за угла, а не честной схватки.
– А где же он пропадает?
– У него более важные дела. В Москве… Скажите, а хоть вождя мы вашего угробили? Взрыв был – ого-го…
– Какие же вы упрямые мерзавцы, – только и сказал я, со злостью глядя на инструктора.
И он улыбнулся широко и самодовольно. А я с огромным трудом сдержался, чтобы не стереть эту похабную улыбку хорошей оплеухой…
Глава 13
– Сегодня проходит встреча товарища Сталина с лучшими представителями трудового народа Казахстана, – торжественно объявил диктор по радио.
Я прошелся по кабинету, выключил радио. О наших подвигах не расскажут, а об остальном и думать не хочется.
Главное, Сталин жив. Не берут его ни пули, ни снаряды. И в этом наша заслуга.
– Драчка знатная приключилась. Как в Тамбовский мятеж, с артиллерией и танками, – хмыкнул Фадей, закурив свою терпкую невыносимую самокрутку.
– Эх, не сыпь мне перец на раны.
– А они ведь купились на двойника, – Фадей самодовольно улыбнулся. – Как дети малые.
– Купились, – кивнул я.
Конечно, никто руководителей государства подставлять под пули и взрывы не собирался. Но было понятно, что без фигуры вождя враги в капкан не полезут. Им необходимо было продемонстрировать лично Сталина. Вот и пришел в голову древний, как мир, трюк.
Императоры, вожди племен, султаны всегда использовали двойников, чтобы отвлекать внимание убийц и заговорщиков от себя.
Чего стоило Плужникову убедить в этом верхи, как уговорили главного – трудно представить.
Кстати, двойник погиб во время боя в клубе. Когда террористы поняли, что все пошло не так, один из фанатиков бросился на верную гибель, но всадил пулю в поддельного вождя. Ну что же, двойник понимал, насколько опасна его служба. И сознательно принял такую роль – быть отражением великих в искаженном зеркале, по которому придется в случае чего первый удар.
В Москве Фадею тоже не пришлось скучать.
