Автор
В глубокой тени под решеткой жил человек в зловещем доспехе из кожи дракона, с разводами крови — старыми и свежими. Неровные волосы говорили о неспокойной жизни, кусанном острым ножом. Кровь вокруг свежее, а надпись на сердце отчего-то знакомая... Враги приближаются по этому тюремному коридору....
Эсмерель? Он был уверен, что она разыгрывает собственную партию, когда читал письмо - она и вправду ее разыгрывала, и стрелок на башне - ее рук дело, но до чего ж убедительной она казалась сейчас...
Элисса коротко мазнула по нему взглядом и отвела глаза.
-- У тебя отобрали то, что принадлежит по праву. Опорочили память отца. Ты слепо выполняешь приказы ее убийцы. Мальчик мой, опомнись!
-- Я не ваш...
-- Я вижу, увы. И мне больно смотреть, как ты идешь на заклание. Тебя спишут со счета, как только станешь не нужен - как это уже случилось с несчастным мэриковым бастар.
Элисса могла быть очень, очень быстрой, когда хотела. Натаниэль был готов поспорить - Эсмерель не успела ничего понять прежде, чем сипло вздохнула и обмякла с раной в груди.
Элисса вытерла нож, сунула за пазуху пачку писем.
-- Пойдем.
Голос по-прежнему звучал спокойно и сосредоточенно.
-- Ты сошла с ума, - выдохнул Натаниэль.
Создатель, он любил эту женщину. Он ей верил, что бы там ни говорила Эсмерель. Он убивал по ее приказу.
-- Не время и не место.
Она права, прах оно все подери. Не время и не место выяснять отношения - но...
-- В ""Короне и льве"".
Натаниэль кивнул.
Обратно они выбирались, не перекинувшись ни словом. Чердак, крыша, пропустить очередную смену сторожей, забор, безмолвные улицы Амарантайна - в это время уже и лихие люди все спят.
Элисса задвинула защелку на двери, бросила на стол пачку писем.
-- Алистер мертв, ему все равно.
-- Да о нем половина Ферелдена так говорит, - взорвался Натаниэль. - Всех убьешь?
Создатель, при чем тут Алистер? Зачем она вообще о нем заговорила? Прошлое пусть остается в прошлом. Или... Ох, ну не ревнует же он к мертвецу? Или ревнует?
При чем тут вообще прошлое, если он хотел спросить совершенно не о том?
-- Тех, кто будет достаточно глуп, чтобы повторить это при мне - возможно. - Она стянула перчатки, швырнула их рядом с письмами.
-- При чем тут она, если я не понимаю, что творишь ты? Кто, как ни ты, говорил, что если целью оправдывают средства - и тому и другому место на свалке? И что теперь? Мы лезем в чужой дом - хорошо, не настолько я щепетилен, чтобы это не пережить. Но убить хозяйку этого дома просто так, потому что тебе этого захотелось? В то, что ты потеряла голову и сорвалась, я не поверю вот ни на столько, уж прости.
