Автор
В глубокой тени под решеткой жил человек в зловещем доспехе из кожи дракона, с разводами крови — старыми и свежими. Неровные волосы говорили о неспокойной жизни, кусанном острым ножом. Кровь вокруг свежее, а надпись на сердце отчего-то знакомая... Враги приближаются по этому тюремному коридору....
Особенно - в Ферелдене, где София Драйден устроила такую заваруху, что двести лет потом Орден в страну не пускали. - Она тихонько хмыкнула. - А тут и полвека не прошло, как вылезаем мы с Алистером и начинаем судить-рядить, кому корона, кому плаха...
-- Что там случилось на самом деле?
Элисса долго молчала. Потом с явной неохотой выпрямилась, глаза блеснули в полумраке.
-- Лучше напиши эрлу Эамону. Геррину. Он меня с тех пор ненавидит, так что лгать не будет. Иначе придется верить на слово... и, боюсь, все снова окажется не так, как ты себе представлял.
-- Рискну, - хмыкнул Натаниэль. - И без того все уже не так.
Уж точно он не мог представить, что придется сражаться бок о бок, видеть ее каждый день - и не пытаться убить. По правде говоря, ему уже не хотелось ее убивать. Ненависть истлела, расползлась клочьями. Да и глупо желать смерти той, что дважды спасла ему жизнь и - что уж теперь - кому спас жизнь он.
Эамону он, конечно, напишет - просто для того, чтобы увидеть еще одну сторону медали.
-- За что он тебя ненавидит?"
"-- За то, что отдала корону не Алистеру. - Она усмехнулась. - А у Аноры есть причины его не любить. Так что пришлось забыть о придворных играх и удалиться в Рэдклиф окончательно.
-- Но почему? - искренне удивился Натаниэль. - Он же... вы же...
Легко было бросать в лицо слово ""любовник"", пытаясь оскорбить, а вот сейчас - после того, что он увидел и услышал за эти дни - не выходило.
-- Ну да, я любила его, - она говорила тихо, почти шепотом, но в безмолвии древних залов каждое слово было отчетливо слышно.
""Из тебя заговорщик как из Алистера король"" - припомнил Натаниэль.
-- Он... был - это ""был"" явно далось ей с трудом - хорошим человеком. Смелым, открытым, честным. Но... восемь лет в церкви из него выбивали желание думать самостоятельно, заменяя одним - дисциплиной. Дисциплина, самоограничение, иерархия - за всю жизнь ему ни разу не пришлось решать даже что есть - что на кухне сготовили, то и лопай - и что надеть: что дали, то и носи.
Элисса махнула рукой.
-- Это надо было бы становиться второй Анорой при новом Кайлане. Так что я не отдала бы ему эту корону, даже если бы Алистер ее хотел. Но самое смешное заключалось в том, что он ее не хотел, а Эамон заладил - династия Тейринов, символ... - она горько усмехнулась.
