В центре тишины умершей планеты развернулась необъятная дисковидная пустота, диаметром около трехсот километров и высотой до сотни метров. На «нижней» ее стороне, 10:32 по московскому времени 19-го августа 1941 года, сияло свечение истории: Смоленского оборонительного сражения подходило к завершению. Вокруг шел грохот битвы и тишина портала словно отражала этот бездонный шепот времени, где прошлое пересеклось с будущим в неожиданном месте и моменте.
К возможности того, что война против России будет окончена сразу после падения Москвы, фон Бок относился скептически. Русские — это еще те упрямцы, и, в отличии от французов, они будут драться и в самом безнадежном положении. Во всем остальном Федор фон Бок считал планы ОКХ вполне выполнимыми и прикладывал все возможные усилия для их реализации."
"На севере все было хорошо. Там у большевиков командовал малограмотный выдвиженец времен Гражданской войны маршал Ворошилов, абсолютно неспособный командовать хоть чем-то крупнее полка или отдельного батальона, хотя лично он, фон Бок, не доверил бы ему и взвода. Вследствие действий дополнительных сил, сосредоточенных в распоряжении группы армий «Север» и того бардака, который царил в русских войсках вследствие плохого управления, Петербург должен был пасть со дня на день. Еще немного, еще один решительный натиск — и отступающие войска большевиков просто побегут, бросая оружие и переодеваясь в гражданскую одежду.
А вот на юге со второй танковой группой Гудериана творилась какая-то чертовщина, и оттуда отчетливо тянуло запахом серы. А как еще можно назвать ситуацию, когда третья панцердивизия генерала Моделя, вместо того, чтобы выйти на конечный рубеж наступления под Стародубом и перейти на нем к обороне, бесследно пропадает на половине пути в какой-то дыре? К тому ж всего сутки спустя на месте пропавшей дивизии, обнаружились активно-враждебные и хорошо вооруженные моторизованные войска неизвестной государственной принадлежности, мобильные кампфгуппы которых тут же начали совершать рейды по германским тылам, громя и уничтожая все, что подвернется под их гусеницы.
Первой их жертвой, еще рано утром, стали тылы дивизий 24-го моторизованного корпуса, временно дислоцированные в Сураже, потом неизвестные танки уничтожили на дороге штаб того же корпуса, после чего с большим шумом разогнали следующую по шоссе на юг первую кавалерийскую дивизию. По донесению выживших немецких солдат и офицеров, та группа состояла из полутора десятков тяжелых и пяти десятков легких танков, которые сопровождались большим количеством бронемашин вспомогательного назначения. При этом немецкие противотанковые пушки броню тяжелых танков пробить вообще не способны, и те преспокойно и без всяких потерь раздавили своими гусеницами все то, что не смогло или не успело убраться с их дороги. Попытка нанести по неизвестным удар пикирующими бомбардировщиками привела к трагическому результату.
