В центре тишины умершей планеты развернулась необъятная дисковидная пустота, диаметром около трехсот километров и высотой до сотни метров. На «нижней» ее стороне, 10:32 по московскому времени 19-го августа 1941 года, сияло свечение истории: Смоленского оборонительного сражения подходило к завершению. Вокруг шел грохот битвы и тишина портала словно отражала этот бездонный шепот времени, где прошлое пересеклось с будущим в неожиданном месте и моменте....
В этом случае встанет закономерный вопрос — а что Беларусь делает в составе Союзного государства, в составе ОДКБ и ЕАЭС? Соответственно, на каком основании она получает те льготы, преференции и экономическую помощь со стороны России, которой она пользуется на протяжении последних 22 лет?
Вместе с тем всем ответственным лицам в Минске необходимо понимать, что не может быть независимости только на словах. Независимость — это весь комплекс жизнедеятельности государства, начиная от политики и идеологии и заканчивая финансами и экономикой.
Несмотря на то, что Лукашенко тогда скромно промолчал и ниоткуда никуда не вышел, в Москве его окончательно прекратили воспринимать как союзника, переведя в разряд попутчиков-попрошаек.
После отказа в личной встрече с президентом России Лукашенко решил, что в Москве его вместе с его многовекторной политикой и извечным попрошайничеством — то у Запада, то у России — просто не желают знать. В величайшем раздражении белорусский президент вернулся обратно и в Минском аэропорту разразился пространной антироссийской речью — вроде той, после которой «отношения оказались испорчены газом».
23 августа 1941 года 07:45. РСФСР, г. Брянская область, Мглинский р-н, д. Черновица, зона флангового перехлеста частей ВС РФ (228-го тп 144-й мсд) и 290-й сд.
Генерал армии Георгий Константинович Жуков."
"Возбужденно вдыхая терпкий утренний воздух, Жуков стоял на наблюдательной вышке, наскоро возведенной на вершине поросшей лесом безымянной высоты с отметкой 179, и оглядывал в бинокль окрестности. Еще сутки назад он закисал в штабе Резервного фронта, и вот — его первое по-настоящему боевое со времен Халкин-Гола назначение. А посмотреть здесь ему было на что.
