– Давно я так не отдыхала! На колесе, на «змее», на качелях, на всем покатались, в комнате смеха, в галерее ужаса побывали, на лодке поплавали, мороженое ели, слопали в кафе какое-то жесткое мясо. Смотрю, Петя из стакана пьет темно-красную жидкость, спиртом пахнуло. Я испугалась.
– Вылей вино, ты за рулем, сама за баранку сесть не могу, права оставила дома. И откуда здесь алкоголь? В меню четко написано: «Спиртного нет».
– Для хороших людей все всегда есть, хочешь глоточек?
Я пригубила из стакана. Ну и гадость! Кислятина!
Отправились мы назад вечером. Только повернули с шоссе к нашей деревне, как из леса совершенно неожиданно выбежала темная фигура. Петя не успел нажать на тормоз, сбил пешехода.
Дорога пустынная, сумерки сгустились. Мы оба в шоке, вылезли, смотрим на жертву, понятно стало, что она мертва. И баба знакомая, местная пьяница Валентина Громова. Она нигде не работала, мужа нет, родная мать, которая в нашей же деревеньке в другом доме живет, дочь на порог не пускала, потому что Валя что увидит, то и украдет, на бутылку обменяет. Трезвой ее никто не видел. От тела такой крепкий дух дешевой самогонки шел, что меня затошнило! Петя на обочину сел, голову руками обхватил.
– Меня посадят, срок большой навесят, потому что я вина выпил!
– Лопату вроде с собой возишь?
Наталья сложила руки на груди.
– Мы труп в лес в чащу оттащили и закопали. У меня потом желудок взбунтовался, я в кустах села, Петя к машине пошел. Никто об алкоголичке не вспоминал. Вдруг через месяц вызывают меня в местное отделение, мужик лет пятидесяти спрашивает:
– Вам что-либо известно об отношениях Петра Колесникова с Валентиной Громовой? Она пропала, мать заявление принесла, что в день исчезновения дочери в лес подалась за грибами-ягодами и видела, как Колесников поздним вечером с лопатой из чащи выходил. Мать думает, что он ее дочь, свою любовницу, убил. Вы дружите с Петром, ну-ка расскажите правду!
Наталья Марковна отвернулась к окну.
– До сих пор не понимаю, как я не растерялась, спокойно так спросила: «Какого числа Петра видели?» Следователь день назвал. Я сказала:
– Неправда. Старшая Громова врет. У ее дочери своя изба, пятистенок, большой участок выходит прямо к реке. Такое жилье можно дорого продать. Все знают, что Валентина пропала, надо не один год ждать, пока ее умершей признают, а мамаша уже небось покупателя на дом нашла. Вот и хочет Петра обвинить в убийстве дочери. Глупая затея. Колесниковы с моими сыновьями в тот день находились в Питере.
