И самое интересное — молодые маги прониклись его идеями и пошли за ним. А гильдия не предпринимала ровным счетом никаких действий. Тогда Влас и его приспешники попытались захватить Академию. Пожалуй, им бы это даже удалось, если бы не магистр Измир. Он всегда пользовался большой популярностью среди чародеев, и именно он встал во главе сражающихся с Власом. Так началась война.
— И какое это имеет отношение к вам с Рогендой? — Я подавила зевок и задумчиво покрутила кольцо на пальце. Время уже перевалило за полночь, а минувший день отнюдь не был легким, поэтому хотелось лечь и уснуть, а не выслушивать душевные излияния.
— Самое прямое, — вздохнул Лео. — В год, когда началась война, я как раз окончил Академию. Я был молод, глуп и амбициозен. То, что сулил Влас, показалось мне куда более привлекательным, нежели карьера главного мага в каком-нибудь забытом богами селе. А это было единственное, что светило мне в случае вступления в гильдию, потому как никакими особо выдающимися талантами я не блистал. А так хотелось сражений, побед, трофеев, а потом и почестей! Так что я даже сразу и не понял, что мое место — с краю: принеси, подай, пошел вон. Нет, я мнил себя едва ли не главным Власовым соратником, хотя видел его всего раз в жизни, когда получил свое клеймо.
— И что потом? — поторопила я внезапно замолчавшего собеседника.
— Потом я встретил Рогенду. И влюбился. Конечно, она не была в восторге от моего образа жизни, но все равно ответила мне взаимностью. Все завертелось со страшной скоростью — война, любовь… А потом настал последний бой. Проиграть его означало проиграть всю войну. Влас согнал в Акрис, город магов неподалеку от Академии, все свои силы, но все же не победил. Измир разбил ренегатов, Влас погиб. Когда все более-менее устаканилось, проснулась гильдия. Все соратники Власа были приговорены к отлучению. И не важно, Академию ты осаждал или сапоги Власу чистил. На нас объявили настоящую охоту.
Лео остановился на мгновение и задумчиво побарабанил пальцами по столешнице.
— Мы с Рогендой бежали из Акриса и несколько месяцев скитались по селам с кучкой таких же изгнанников. Пока в один прекрасный день не наткнулись на сыскной отряд. Нас схватили, а меня еще и ранили к тому же, и доставили в Акрис. Зачем, думаю, понятно? Ранение было тяжелое, а отлучение и опечатывание энергетического резерва — процедура, как известно, не из приятных. Вряд ли бы я выжил, если бы не моя милая Ро. Пока я валялся без сознания, ей как-то удалось убедить этих идиотов в гильдии, что это она предательница, а я так, мимо проходил. И отлучили ее.
Его глаза затуманились от тяжких воспоминаний. Где-то глубоко внутри меня шевельнулась жалость и тут же затухла, стоило вспомнить звонкий смех Колина и снежок, упавший в кучку пепла.