Ну и ладно, не на пол бросил — и на том спасибо!
Тем временем властелин вихрем пролетел по коротенькому коридорчику, отделяющему нас от камеры, высадил дверь одним ударом плеча и свирепо уставился на пустое пространство за ней. Хотя нет, не совсем пустое. Единственным пленником, томящимся в заключении, оказалась довольно тощая серая мышь, забившаяся при виде властелина в самый дальний угол.
— Ротозей! — накинулся ангел на кузнеца.
Впрочем, тот никакой вины за собой не знал, а потому никак не прореагировал.
— Вот леший! — вспомнил свой излюбленный вид нечисти Алекс.
— А это еще что? — Габриэль поднял с пола шнурок с висящей на нем железкой. Почти такой же, как та, которую недавно прикарманила я.
— Орудие побега, — мрачно скривился Алекс. — Амулет-телепорт.
— Это что же получается, — решил уточнить ангел, — эти уроды сейчас где-то по долине шастают?
— Вряд ли, — немного подумав, отозвался бывший маг. — Такие штуки переносят только на большие расстояния. Поэтому сейчас ими уже почти не пользуются.
Решив, что услышала более чем достаточно, я осторожно соскользнула с рук кузнеца (а если быть уж совсем честной — свалилась) и поковыляла к выходу. Перспектива весь день ходить похмельным зайчиком отнюдь не прельщала. Надо срочно восстанавливать опустошенный резерв. Вот же парадокс: его я все еще не чувствую, но зато потребность в некоторых энергетических вливаниях ох как дает о себе знать.
Существуют три общеизвестных способа получить необходимое количество энергии: еда, сон и природные источники. Вот только, боюсь, чтобы полностью восстановить силы, мне пришлось бы схомячить быка. Продрыхнуть пару суток — это тоже, пожалуй, слишком даже для меня. Остается источник.
Сама удивляюсь, как это мне удалось добраться до него, не свернув себе при этом шею на местных скалах. Не иначе как дуракам везет.
Хорошо еще, что магические источники зимой не замерзают. Нужное место находилось не так уж далеко от дома. Ну это для здорового человека недалеко, а я тащилась битый час. Естественно, никто не удосужился расчистить стежку от снега, что тоже удобства передвижению не прибавило. Вода била прямо из земли, самостоятельно вымыв себе за многие годы некое подобие чаши. Заботливая человеческая рука обложила ее по краям гладкими черными камнями.
Я опустилась прямо в снег, а потом кое-как со скрипом улеглась на живот. Поколебавшись еще с минуту, опустила порезанную и все еще кровоточащую руку в воду. Дыхание мигом перехватило — до того вода оказалась ледяная, до боли в висках. Но живительная, я это мгновенно почувствовала. Рука почти сразу перестала болеть и кровоточить, и через несколько минут порез зачесался — значит, начал затягиваться.