В коридорах сияющей позолотой сердце колотится жгучей дрожью, а крик Тирга эхом отзывается в ушах. Никто не нагоняет — вместо него появляется командир с плешинкой и его подчиненные. Меня оставят одну? Слишком рано предполагать…
Папа смотрит на него с такой ненавистью, словно готов прострелить голову.
- Нет, папа, - заверила его я. – Тирг, чего ты встал, как вкопанный? Им нужна помощь! – я взглядом указала на раненых. Крови на полу немного, да и та темная. Значит, артерии не задеты. Значит, отделались легким ранением. – Папа, будь добр, не стреляй больше ни в кого и спрячь пистолет, - попросила я. – Эти люди нам не враги.
Все-таки хорошо, что Саша ранен и здесь не присутствует. Узнай папа, как он вел себя со мной, и бедному саэрду уже не помогла бы ни одна миара.
Очень быстро в зал набежала целая толпа саэрдов. Столько человек перестрелять у папы точно не хватит патронов. Они сразу увидели раненых. Часть бросилась им на помощь, а группа других обнажила мечи. Папа прижал меня к себе еще крепче.
- Отставить, - скомандовал Тирг. – Мечи в ножны, - мрачно приказал он. Саэрды посмотрели с недоумением, но вслух возражать не решились.
- Значит, отец, - произнес Тирг, когда мы остались втроем в огромном зале. Я все еще стою подле папы и не отошла от него ни на шаг.
- Отец! - агрессивно подтвердил папа. Они с Тиргом смотрят друг на друга с откровенной неприязнью. Кажется, не будь здесь меня, и они сцепятся в драке. – А ты кто такой? – рыкнул папа.
Хороший вопрос. Тирг ведь еще не знает, что мы с ним уже несколько недель женаты. Интересно, что он ответит?
- Я ее саэрд, - произнес Тирг. Папа непонимающе нахмурился.
- И что ты делал с моей дочерью, саэрд? – отец зарычал не хуже тигра. Последнее слово ему незнакомо, и оттого бесит особенно сильно. Я почувствовала, как его рука сжалась в кулак. Атмосфера накаляется, напряжение ощущается почти физически."
"- Много всякого, - хмыкнул Тирг, будто намеренно играя на нервах папы.
