Когда он спустился ниже, снег сошел, но мокрые камни все равно скользили под ногами, один раз он даже опрокинулся на спину и, звякая автоматом, проехал несколько метров, разодрав мембранную ткань куртки. За три часа он прошел не больше пяти километров, хотя если бы настоящий Сосо об этом узнал, то очень бы удивился: он мог двигаться только в одном направлении – вниз на метр-два, когда подтаивали стенки ледяной расщелины. Впрочем, настоящий Сосо не мог ни узнавать, ни удивляться.
Тот, кто назывался Сосо, уже хотел выбирать себе «лежку» но, осмотревшись в очередной раз, увидел конный пограничный наряд.
Три всадника выехали из-за скалы на расстоянии около полукилометра и метров на сто ниже. Они неторопливо направлялись в его сторону. Большое расстояние ничего не значит – с лошади видно далеко, к тому же у них есть бинокли… Правда, сегодня им дали приказ применять оружие только в случае вооруженного сопротивления, а тот, кто назывался Сосо, не собирался даже направлять автомат в их сторону… Но приказы отдаются в кабинетах, а исполняются в горах, поэтому исполнение часто отличается от начальственного указания. Тем более, когда в сердцах пограничников еще не зарубцевалась рана от гибели трех товарищей…
«Сосо» упал, распластался за камнями, вжимаясь в землю, отполз к очередному склону и стал спускаться на четвереньках, ногами вперед. Таким образом он преодолел метров сто, но потом соскользнул и скатился вниз, окончательно разорвав одежду и исцарапавшись… Но зато оказался с другой стороны хребта, у входа в ущелье, куда и нырнул с облегчением: теперь его вряд ли сумеют обнаружить… Но стало ясно, что надо уходить дальше, чтобы выйти из пограничной полосы…
Из ущелья он вышел к подножию другой горы, преграждающей дальнейший путь. Он свернул влево и двинулся вниз по распадку. Постепенно пейзаж менялся: голые скалы закончились, на склонах появился кустарник, потом сосны и березы… Заметно потеплело. С очередного обрыва он увидел внизу пасущуюся на горном лугу отару овец и понял, что здесь можно обосноваться.
Подходящее место он нашел минут через сорок. Крутой склон из каменистых пластов жёлто-коричневого цвета был испещрен отверстиями и пещерками, как будто это был город, только не человечий, а птичий да всякого мелкого зверья. Пониже, как раз на скальном карнизе, имелась узкая щель, прикрытая колючим кустом. За ней оказалась довольно сухая пещера размером два на четыре метра. Подсвечивая себе зажигалкой, человек обошел ее, сильно шаркая ногами и тыча автоматом по углам, чтобы спугнуть змей. Но их не было, что являлось несомненным плюсом.