Но как их много! Где-то в глубине, почти на пределе восприятия, что-то начинает дрожать мелкой противной дрожью.
Нет! Остановить вибрацию! Это всего лишь очередное сражение в том мире, где подлинную схватку не отличить от компьютерной имитации. И разве филиты с их примитивной техникой что-то могут сделать против пятидесяти двух «Молний»? Их в шесть раз больше? Ерунда! Ракет хватит на всех.
Как раз сейчас. Пора — и по команде старшего-один все «Молнии» дают залп двумя ракетами. Тактика простая и выигрышная: теперь самолеты в панике рассыплются в стороны, тщетно пытаясь спастись, и «Молнии» в четком порядке легко пройдут сквозь них. Добавив для пущей верности еще парочку-другую залпов.
Только через четверть минуты старший-один понимает, что совершил ошибку. Сегодня перед ним стоит, мягко говоря, несколько иная задача. Не прорываться самому, а наоборот, не дать прорваться к кораблю самолетам противника.
Теперь их придется, очевидно, отлавливать по одному. Или… Что, во имя Черных Звезд, они делают?!
Итак, штаб снова угадал: пришельцы используют свою обычную тактику. Да и чего им ее менять? Все эффективно и просто до безобразия. Против лома нет приема, разве что если… Если, если… если только оправдается еще одна сумасшедшая идея — что снаряды пришельцев находят цель по теплу, излучаемому двигателями.
Поэтому под плоскостями истребителей смонтированы одноразовые установки для запуска ракет-имитаторов. И — залп против залпа. И сразу же — набор высоты на форсаже. А затем остается уповать только на удачу. Или точный расчет.
— Это же не по правилам! — хочется крикнуть старшему-один, но он только оцепенело смотрит, как его напичканные электроникой, безотказные ракеты эффектно, но совершенно бесполезно, подрывают вихляющиеся в небе дурацкие жестяные трубы, начиненные чуть ли не черным порохом. Итог: «Молнии» израсходовали четверть боезапаса, а у противника уничтожен всего один самолет, видимо, запоздавший с маневром.
Но все посторонние мысли тут же вылетают у него из головы. Вражеские самолеты рядом. Они атакуют!
«Молнии», при всех своих достоинствах, все-таки не были предназначены для воздушного боя, особенно, ближнего боя. Их хитроумные противоракетные устройства ничего не могли поделать против снарядов самолетных пушек, легко прошивавших чисто символическую броню. Разобравшиеся в конце концов, в чем дело, защитные системы, стремясь увести «Молнии» с линии огня, мотали синхронно управляемые девятки из стороны в сторону, не давая ни захватить цель для атаки, ни просто ответить ударом на удар.
От полного и мгновенного разгрома «Молнии» спасали только скорость и маневренность. Филлинские летчики никак не могли приспособиться к таким вертким и быстрым противникам.