Но я никак не могу понять, какой идиот выдумал этот порядок!? Я не говорю уже о том, что мы летаем к звездам, а не можем по-настоящему прокормить или одеть себя, это я молчу! Но кто, спрашивается, развел здесь эту ораву, какая сволочь не платит им денег и с какой стати их просто заставляют жить за наш счет?! Зачем вообще для того, чтобы получить перевод в другое место, нужно обязательно тащиться в Столицу? Вот этого я никогда не пойму!
На этот раз все дружно промолчали. В точности было не известно, сотрудничает ли Наори со спецотделом или нет, но развивать при нем столь скользкую тему никто не захотел.
Первым нарушил молчание Боорк. Уже возле самого турникета, где двое вахтеров проверяли пропуска на выход, он вспомнил о поручении генерала Пээла.
— Совсем из головы вылетело! У меня здесь осталось еще одно дело. Вы езжайте, я вас найду уже в гостинице.
— Хорошо, — кивнул Наори. — Давайте ваше направление, я там все организую. Дорогу найдете?
— Найду, — улыбнулся Боорк. — Я там уже жил как-то. Буду, наверное, к вечеру. До встречи.
Отстояв очередь в справочной, Боорк выяснил, что заместителя начальника отдела топливного снабжения старшего-один Крагзаана следует искать на восьмом этаже, в кабинете? 1785. Оставалось теперь только вспомнить, какой из двух конвертов, мирно пролежавших всю дорогу во внутреннем кармане мундира, предназначен для него.
А забавная, должно быть, вышла бы путаница, — с усмешкой думал Боорк, пока древний лифт, натужно скрипя, поднимал его на восьмой этаж. — Да нет, точно. Крагзаан должен получить вот этот конверт. Белый, почти квадратный, потолще. А второй — подлиннее, из чуть желтоватой бумаги, отправится на улицу Сияющих Высот, продавцу книжного магазина «Академия».
Открывая дверь в кабинет? 1785, Боорк изрядно волновался. Даже самый маленький конверт был серьезным нарушением старого, но вполне действенного закона о монополии на распространение информации, согласно которому все частные послания должны были отправляться только через почтовую службу. И нечего было успокаивать себя, что за такую мелочь, мол, уже не сажают. С его прошлым, которое прощено, но не забыто, даже самый мелкий проступок может оказаться роковым.
Боорк снова попал в приемную. Большая, почти пустая комната со стенными шкафами, одиноким столиком в центре и копировально-печатающим аппаратом, задвинутым в дальний угол. И конечно, секретарша. Красивая, слов нет. Но глядя на нее, почему-то вспоминаешь горные ручьи, снежные вершины и закованную во льды планету Кзимоопитмун…
— Я… я хотел бы видеть старшего офицера первого ранга Крагзаана, — неуверенно начал Боорк.
— У господина заместителя начальника отдела прием закончен, — ледяным голосом сообщила секретарша. — Приходите завтра, с утра.
Боорк поёжился.