Пройдет еще несколько сотен лет, и они тихо исчезнут, окончательно оставив космос Империи и, возможно, филитам.
Он пожертвовал Филлиной, чтобы отвлечь внимание своих генералов от дел в Метрополии. Гдоод тоже хорошо понимает, что двоим нет места на вершине. За ним стоит грозная сила Космофлота. Решись он на переворот первым, и ему, Оонку, будет почти нечего ему противопоставить.
Но Гдоод слишком любит играть наверняка и поэтому проиграет. Он клюнул на наживку, рассчитывая, что власть сама упадет в руки покорителя Филлины. В этом Гдоод прав, но он потерял темп, а он, Оонк, этот темп выиграл! И не зря он, Оонк, направил на Филлину своим представителем не кого-нибудь, а тупого и прямолинейного генерального комиссара Ургеу, которого так легко и сладостно обыгрывать. Победа над слабым противником расслабляет, и Гдоод не успеет ударить первым, когда придет время игры на опережение!
И все же он, Оонк, рад, что филиты приняли его предложение, и половину планеты пока удалось уберечь от бравых генералов. Филлина может стать именно тем толчком, что возродит космическую экспансию Империи, покончит с унизительным топтанием на пятачке «Зоны действий». Эта раса молода и активна. Она проложит новые дороги, по которым затем пойдет и Империя.
Только… Сумеют ли филиты забыть, чем стал для них первый контакт с Империей? После победы он готов принести извинения, выплатить компенсацию, вернуть им часть земель… Они не прогадают — в обмен они получат выход в космос на правах не слуги, а честного вассала, младшего партнера, почти равного. Они получат жизненное пространство, новую технику, это будет мощный толчок в их развитии.
Но если они не забудут и не простят… Тогда их надо будет безжалостно добить, не дав им не малейшего шанса нанести удар в спину. И не зря на Филлине работает группа из Отдела специальных исследований Службы Безопасности, которой поручено найти и создать действенное биологическое оружие против филитов… Если понадобится, он, Оонк, не колеблясь, прикажет пустить его в ход.
И поэтому — пока никакой вербовки рабочих с Филлины. Империя — для имперцев: вот каким должен стать его принцип на ближайшие несколько лет. Ради этого он готов пойти навстречу тем просителям, что вот уже которую дюжину лет оббивают пороги в канцелярии Совета Пятнадцати. Колонии получат права провинций, управители станут губернаторами, на периферию распространится большая часть положений экономической реформы. Может быть, он даже разрешит колониям создать свое обрабатывающее производство, чтобы на месте изготовлять простейшее оборудование и запчасти. В конце концов, подобная политика уже триста лет проводится на Тэкэрэо, и ничего — не развалилось.