— Свежо, — поежилась Ланта Вифинис.
Чтобы не застрять в узкой норе, она не стала надевать теплых вещей, и после ровных четырнадцати градусов в убежище на улице ей было холодновато.
— Ладно, посидели, пора и вставать, — Нейл Вифинис медленно и с усилием поднялся на ноги. — Пройтись надо, посмотреть, что и как. Только…
— Я понял, — кивнул Диль Адарис. — Я останусь. Нечего мне тут смотреть.
— Вот и хорошо, — Вифинис протянул руку Арнингу, помогая ему подняться. — А ты, Рита, смотри, отсюда ни на шаг. Если что — все вниз, а ты будешь маме помогать. Дядя Диль ее будет тянуть, а ты сзади подталкивать. Поняла?
— Поняла, — недовольно ответила Рита. — Ладно. Я никуда не пойду, папа. Обещаю.
Арнинг усмехнулся. Насколько он уже успел узнать Риту, сдержать обещание этой десятилетней непоседе, сующей свой носик во все щели, будет непросто.
— Тихо-то как, — вдруг заметил Леттер Ярки. Он тоже уже был на ногах.
— И верно… — Нейл Вифинис почесал затылок, будто вспоминая что-то. — Не бомбят, вот оно что! Потому и тихо. Да и чего им бомбить еще?…
Окружающая местность, и верно, сильно изменилась по сравнению с картиной двухнедельной давности. Из двух пятиэтажек, стоявших во дворе, осталась только одна, и то наполовину разрушенная. Вместо второго дома виднелась груда развалин, похожая на курган.
Деревья, росшие вокруг автостоянки, пережили бомбежки лучше зданий. Старый гершун, стоявший у въезда, все так же тянул к небу свои ветви, лишь немного посеченные осколками, а вся земля вокруг была усеяна листьями, кусками толстой кожуры, почерневшей от дождей, и темно-коричневыми плодиками.
— Любил я их в детстве собирать, — задумчиво сообщил Вифинис, подняв с земли один из гершунчиков. — Они, когда прямо с дерева, такие красивые, глянцевые. Прямо жаль, что ни для чего не пригодны. Я как-то раз даже печь их в золе пробовал.
— И как? — поинтересовался Леттер Ярки.
— А я в одной книге читал, их есть можно. Надо только по-особому приготовить, — сказал Гредер Арнинг. — Сначала их размалывают в такую грубую муку и заливают водой на несколько часов, чтобы сошла горечь. А потом эту муку сушат и пекут из нее что-то вроде лепешек. Только их переворачивать сложно, они хрупкие, клейковины в гершунах практически нет.
— Вот, значит, как, — уважительно протянул Вифинис. — Оказывается, в книжках и такое пишут. Надо будет Ланте сказать, пусть попробует. Сейчас все в дело должно идти…
— Смотрите, — позвал Ярки. — Похоже, кто-то нас пытался откопать.