Еженедельную редакторскую колонку — полный юмора, а иногда весьма язвительный комментарий к событиям, произошедшим в стране и в мире за неделю, — читала вся Чинерта. Кира Калансиса узнавали на улице, а редакцию ежедневно приходили мешки писем, адресованных «лично редактору Калансису».
Жизнь, вроде бы, установилась прочно и навсегда. Многие из друзей Калансиса были политиками, он был своим человеком в их кругу. Не замечая того, он сам оказывал немалое влияние на политику, но идея заняться политикой самому, наверно, и не приходила ему в голову — Кир Калансис дорожил своей свободой и независимостью и любил свое дело.
Все вышло весьма неожиданно. На одном из высоких приемов незадолго до выборов в разгар сезона выдвижения кандидатов престарелый президент Ладанис при всех стал высказывать редактору Калансису свою обиду по поводу последней редакторской колонки в «Рейлане», где автор, подводя итоги семи с лишним лет правления нынешней администрации, не нашел лучшего определения для этой деятельности, чем «бег на месте».
— Вы уж очень любите всех критиковать, — со вздохом было сказано в заключении этой нравоучительной речи. — Со стороны это всегда просто. А попробовали бы сами побыть на моем месте!
Кир Калансис обвел взглядом круг зрителей, вместивший в себя уже всех присутствующих.
— Хорошо, — принял он вызов. — Я попробую немного побыть на вашем месте, господин президент. Итак, господа, сим объявляю, что выставляю свою персону, гм, то есть, кандидатуру, на пост президента Чинерты. Как независимый кандидат.
Возможно, уже через минуту Кир Калансис искренне пожалел о сказанном, но было уже поздно. На приеме присутствовали и коллеги-журналисты, сенсационное сообщение прозвучало на следующий день по телевидению и появилось во всех газетах, так что делать было нечего — оставалось только идти до конца.
У Кира Калансиса, как и у всех кандидатов, началась горячая пора. Верный своему принципу браться за любое начатое дело всерьез и доводить его до конца, он совершил несколько поездок по стране, выступил в теледебатах, где благодаря своей искренности, чувству юмора и быстрой реакции смотрелся намного лучше других кандидатов, и на все сто процентов использовал положенное ему по закону время на предвыборные телевизионные ролики.
За это время Киру Калансису довелось встретиться со многими людьми, узнать много нового, услышать о себе немало как хороших вещей, так и брани. Многие люди, которых он совсем не знал или с которыми у него были до этого вполне нормальные отношения, вслух и печатно называли его дилетантом, бессовестным демагогом, а в неофициальной обстановке и зарвавшимся писакой.