В сухих и теплых днях осталось далеко позади, здесь теперь ночь наступает быстро — идти под замшелыми дубами становится самым обыденным явлением. Со стороны гор льет холодный пронизывающий ветер, а прибытие туристов практически прекратилось. Дождь шел почти весь день, пока не выйдя на туманную дымку после заката. Улицы городка опустели под завесой мрака, лишь немногие оставались в своих домах — все спокойны....
Значит, везли на машине. Но мы были уверены, что он мертв!
– Жизнь в нем едва теплилась, когда его привезли. Поэтому я сразу тебе и позвонила. Его сейчас готовят к операции, но он даже сумел сказать пару слов.
– И что же он сказал?
– Что-то вроде «мне нужна эта шкура».
– Больной урод! – воскликнул шериф.
В клинике стояла непривычная тишина. Поравнявшись с кофейным аппаратом, Евгения бросила монету в его щель. Машина застрекотала и выдала одноразовый стаканчик, полный ароматного напитка.
– Можешь пообщаться с ним сейчас, – предложила Евгения, сделав большой глоток кофе. – Либо уже после операции. В любом случае нам понадобится охрана, чтобы дежурить у палаты. Пока он не способен даже шевелиться, но кто знает, что будет позже?
– Я пришлю своих людей, – пообещал шериф.
И тут истошный женский крик прокатился по коридору. Евгения, вздрогнув, уронила стаканчик.
Шериф бросился к палате Подольского. Он был уверен, что крик раздавался именно оттуда. Подбежав к двери, Мезенцев отчетливо услышал за ней треск ломающегося дерева и грохот бьющегося стекла.
Затем дверь распахнулась, и из палаты выбежала перепуганная медсестра.
– Господи! – закричала она, увидев шерифа, выхватившего из кобуры пистолет. – Я хотела дать ему успокоительное перед операцией! А он словно взбеленился… А его раны… Они уже не такие, как в момент поступления! Они заживают на глазах!
– Где он?! – выдохнул Мезенцев.
– Выскочил в окно!
– Мы на четвертом этаже! – воскликнула подоспевшая Евгения.
– Но его это не остановило!
Мезенцев рванул на себя дверь палаты."
"Опрокинутая металлическая кровать валялась у стены, рядом лежал изорванный окровавленный матрац и разорванные ремни, которыми пациент был привязан к поручням. Пол усыпали осколки битого стекла, по палате гулял сильный сквозняк, задувающий в разбитое окно.
Шериф бросился к подоконнику и выглянул наружу. Внизу никого не было.
* * *В последние часы полнолуния в лесу на берегу Змеиного озера собралось несколько человек в темных одеждах. Луна тускло освещала окрестности, с озера наползал густой холодный туман.
Саяна поплотнее закуталась в длинный темный плащ, оглядывая собравшихся у каменного круга людей. Между старинными монструозными идолами полыхало изумрудным огнем шесть длинных факелов.
