Автор
Лена Крошина была потрясена состоянием Ирины Витальевны. Слезы сочного цвета капали из больших безоостановочно движущихся очков, но женщина не пыталась их вытереть. Её худые плечи тяжело вздрагивали под синей, постепенно выцветшей кофточкой, заставляющей понять, что здесь происходит что-то невероятное и трагическое. Лена присела на край стола и спросила: "Ирина Витальевна, что с вами?"...
– Девочки, девочки, не ссорьтесь! – вмешался Паровозников. – Мы пойдем гулять в такое место, где никто нашу звезду не опознает.
– На кладбище? – фыркнула Юлька.
– Можем и туда.
Увлекательный диалог был прерван звонком в дверь, и все трое, умолкнув, посмотрели друг на друга.
– Это кто еще? – спросила Юлька.
– Не знаю.
– Так, может, откроешь?
– Может, и открою, хотя никого не жду.
Она вышла в прихожую, глянула в «глазок», но там никого видно не было.
«Чего бояться, Андрей же здесь», – подумала Лена и открыла дверь.
– Привет. Хорошо, что ты дома.
– Проходи, – посторонилась Лена, впуская его в квартиру. – Я, правда, не одна.
– Да уж вижу, – кивнув на ботинки Андрея, сказал Голицын.
– Будь ты чуть более наблюдательным, заметил бы еще пару туфель явно не моего размера и фасона, – не удержалась от маленькой шпильки Крошина, кивнув на ярко-красные лаковые лодочки, притулившиеся у обувной стойки.
– Да, действительно! – рассмеялся, как показалось Лене, с облегчением Павел.
– Да, прилетела подруга из Москвы и Андрей зашел.
– Лена, кто там? – Из кухни появилась Юлька, и Голицын на секунду замер:
– Дайте я угадаю! Вы – та самая актриса, ради которой мне пришлось смотреть на днях почти сто серий какого-то сериала?
– Не преувеличивай, всего одну, – поправила Лена, но Павел покачал головой:
– Нет, дорогая, я дома пересмотрел почти все исключительно ради твоей подруги. Кстати, меня Павлом зовут.
– Юлия, – Воронкова протянула руку, но не для поцелуя, а для рукопожатия, что означало – Ленин кавалер на нее пока не произвел нужного впечатления. – Пообедаете с нами, Павел?
– Да проходи же, что мы тут… – спохватилась Лена. – Мы вчера окрошку готовили.
– Окрошка – это отлично. Я только руки вымою, – Голицын сделал шаг в сторону ванной.
– Это кто? – шепотом спросила Юлька. – Лицо знакомое вроде.
– Голицын это. Писатель.
– Рехнуться можно! Это где же ты его подцепила?
Лена, не отвечая, взяла вазу и вышла с ней в кухню, наткнувшись на удивленный взгляд Андрея.
– Кавалер? – понимающе протянул Паровозников.
– Перестань! – предостерегающе попросила Лена.
– Мы стали часто встречаться здесь, Андрей Александрович, – громыхнул за ее спиной вышедший из ванной Павел.
– Вас это нервирует?
– Нет, – пожав плечами, Голицын опустился на табуретку.
