О Господи! Того и гляди, не успею!
Ирландец схватил ветку кактуса, которую для удобства принес с собой, и выбежал из хижины.
— Ax! — воскликнула креолка. — Это они! Мой отец, а я здесь… Что сказать? Святая Дева, охрани меня от позора!
Луиза инстинктивно бросилась к двери и заперла ее, но тут же поняла, что это бесполезно. Тех, кто был снаружи, подобное препятствие вряд ли могло остановить. Она заметила в стене щель. Бежать?
Поздно! Топот копыт уже раздавался позади хижины. Всадники окружили хакале со всех сторон.
Да и все равно ее крапчатый мустанг привязан около хакале; не узнать его они не могли.
Но и другая, более великодушная мысль удерживала девушку от бегства: ее возлюбленному грозит опасность, от которой его не спасет даже бессознательное состояние; кто, кроме нее, может его защитить?
«Пусть я потеряю свое доброе имя, — подумала креолка, — потеряю отца, друзей, всех — только не его! Это моя судьба. Пусть позор, но я буду ему верна».
Луиза встала около постели больного, готовая пожертвовать ради него даже жизнью.
НАПРЯЖЕННОЕ ОЖИДАНИЕ
Никогда еще около хижины мустангера не раздавалось такого топота копыт — даже в дни, когда его кораль был полон только что пойманными дикими лошадьми.
Фелима, выбежавшего из двери, останавливают несколько десятков голосов.
Самый громкий и властный принадлежит, по-видимому, предводителю отряда:
— Остановись, негодяй! Бежать бесполезно! Еще один шаг — и ты будешь убит! Остановись, говорят тебе!
Ирландцу, который кинулся к кобыле Зеба Стумпа, привязанной по ту сторону поляны, пришлось остановиться.
— Поверьте, джентльмены, я совсем не собирался бежать, — произносит он дрожащим голосом при виде свирепых лиц и наведенных на него ружей. — У меня таких намерений вовсе не было. Я только хотел…
— …сбежать, если тебе удастся. Начал ты неплохо… Сюда, Дик Треси! Свяжи-ка его!.. Помоги ему, Шелтон! Черт побери, уж больно чудаковат этот простофиля! Вряд ли это тот, которого мы ищем.
— Конечно, нет! Это его слуга.
— Эй, вы там, за хижиной! Не спускайте с нее глаз. Мы его еще не поймали. Смотрите лучше, чтобы и мышь не проскочила… А теперь отвечай: кто там внутри?
— Внутри? В хижине, что ли?
— Отвечай, дурак! — говорит Треси, хлестнув ирландца веревкой. — Кто внутри хижины?
— О Господи! Тут уж не до шуток. Ну ладно. Во-первых, мой хозяин…
— Странно… Что это такое? — спрашивает только что подъехавший Вудли Пойндекстер, заметив крапчатого мустанга. — Ведь это… лошадь Луизы?
— Да, это она, дядя, — отвечает Кассий Колхаун, который подъезжает вместе с плантатором.
— Кто же привел ее сюда?
— Что за ерунда! Ты шутишь. Каш?
— Нет, дядя, я говорю совершенно серьезно.
— Ты хочешь сказать, что моя дочь была здесь?
— Была? Она и теперь здесь — я в этом не сомневаюсь.