Автор
Тысячи зерен света спрятаны в тонком одеянии этой женщины — золотистый загар и русые волосы, как будто специально созданы для теплых вечеров на пляже. Спина у нее идеальна, а задница способна заворожить любую сердце. Мало того, что она может быть смотрящейся из профилем — даже спокойная физиономия делает ее уникальной и привлекательной....
За исключением того, что мои придурки, которым я в прошлом году перестал выдавать деньги на жизнь, после того, как они в очередной раз протащили мою репутацию по самому говнищу своими выходками тупыми, все же нашли способ подзаработать. И сдали одну из своих квартир.
Оригиналы, ничего не скажешь. Ловкачи.
И искать их, скорее всего, надо во второй квартире.
Туда я и пойду.
Бросаю последний взгляд на так и продолжающую сидеть на краю кровати женщину, думаю о том, что бы еще сказать, в итоге решаю не усугублять и выхожу.
Настроение, и до этого на редкость поганое, после происшествия бьет все рекорды по мерзости.
Ну что я могу сказать?
Привет, сыновья!
Вот никогда ремнем их не порол, а сегодня, пожалуй, изменю своему правилу.
Злость - положительная эмоция.
Дарья.
Меня начинает трясти примерно минут через десять после того, как закрывается дверь за моим недонасильником.
Тряска, дикая, неконтролируемая. Я с удивлением смотрю на свои руки, пытаюсь встать с кровати, но ноги не держат.
Сердце стучит, бухает в грудь с отчетливым намерением выскочить и упасть на пол, да и там, создаётся ощущение, что будет, как лягушка прыгать еще полчаса.
Я все же упрямо встаю и иду сначала в прихожую, где какое-то время придирчиво изучаю дверь, соображая, как закрыть ее, чтоб снаружи никто не открыл, потом, не найдя вариантов, просто придвигаю к ней тяжелую калошницу. Конечно, такого зверя, как мой утренний гость, это не остановит, но по крайней мере задержит. Да и я буду предупреждена.
Потом топаю на кухню.
Ставить кофе.
С коньяком.
И плевать мне на рабочий день в перспективе. После того, что я пережила, это необходимая терапия.
По пути останавливаюсь возле зеркала, смотрю на себя.
Глаза до сих пор кажутся безумными, испуганными, зрачки расширены. Волосы всклокочены, губы истерзаны, щеки красные, натертые. У этого гада жесткая щетина.
И совершенно бесцеремонные руки. И губы.
Потому что шея у меня в темных пятнах. Я задумчиво провожу по коже.
Да, как-то отвыкла я за два года к таким рисункам на себе.
Странно, что от пальцев довольно слабые следы, хотя держал крепко. Но как-то… Аккуратно, что ли. Бережно. А вот от губ… Ну, это уже в конце, когда себя контролировать перестал. Скот. Прямо как зверь грыз…
Я задумалась над тем, что в другой ситуации я, возможно, и кайф бы от этого всего испытала, но быстро прогнала дурацкие мысли.
Никакого кайфа я уже от секса не получу. И это хорошо.
