Автор
В утренней прохладе сквозь щелочки в шторах просвечивает первая свеча дня. Она — молодая женщина, едва заметные признаки старости лишь утончает ее силуэт. Его же тело осталось прежним: мускулистым и без пружинистости, но по-прежнему красивым, как будто он взлетает не по земле, а прямо в небо, словно готов самому взорвать этот мир....
Нет, не так, не домой – квартира его вполне устраивала. Ноги не несли в это место. Надо было искать другое жилье. Но как? А только с приличной доплатой. Найти какого-нибудь маргинала, полубомжа, алкаша и предложить ему денег. Знакомые уверяли, что таких море, только надо найти.
Найти не проблема, хотя… Он не очень представлял себе эти поиски – ходить по квартирам и предлагать деньги? Вот их-то и не было, этих чертовых денег.
Зарабатывал Журавлев неровно, от случая к случаю. И алименты платил так же неровно.
Так и было, если случалось хорошо заработать, – вроде и сумма на руках оказывалась приличная, но с учетом набежавших долгов – гроши: алименты, долги друзьям и знакомым, коммуналка, кое-что из одежды. Ремонт старой иномарки – это вообще сжирало огромные суммы, но очень хотелось повыпендриваться. Ну и девушки, да. Девушки требовали внимания.
Все понятно, денег всегда не хватает. Сколько раз он давал себе слово копить, откладывать, делать заначку. Но не получалось. Журавлев расстраивался, злился и с делом этим закончил.
С дочкой он встречался два раза в месяц, по выходным. Кино, кафе-мороженое – обычный набор воскресного папаши. Но, час оттрещав, Милка скучнела, начинала поглядывать на часы, и он понимал, что ей хочется к подружкам.
– Совсем нет у меня с ней контакта, – жаловался он бывшей жене. – Совсем.
– А ты что хотел? – усмехалась Алка. – Два часа в месяц, мороженое и кинцо? Журавлев, ты наивный или дурак? Возьми ее с собой в отпуск.
Он обижался, но понимал – Алка права. Все именно так.
