Она кивнула, и он обратился к Жану Ги:
– Анни права. Более молодой ветеран спецназа, хорошо подготовленный, наверняка одолел бы тебя. Всех нас скопом.
– Это было глупо, признаю, – сказал Жан Ги. – Вероятно, ему приказали напугать меня, а не вступать со мной в противоборство. Когда я потребовал от него объяснений, он исчез.
Мадам Арбур опустила голову. Она знала, что это неправда, но под взглядом Жана Ги промолчала. Тем не менее ее одолевали сомнения, не должна ли она сказать что-нибудь.
Вся эта ситуация становилась слишком запутанной.
– Тогда-то я и отправился к вам, – сказал ей Жан Ги. – Чтобы получить ответы.
– А каковы были вопросы? – спросил Арман.
– Втянута ли в эту историю ГХС, – ответил Жан Ги. – Теперь мне кажется, что именно по этой причине Стивен устроил меня туда. Он знает, что мои сильные стороны не в бизнесе и инженерном деле, а в уголовном расследовании. В умении обращать внимание на всякие неправильности. А в ГХС есть неправильности. К сожалению, – он повернулся к мадам Арбур, – я думал, что это вы.
– А я подозревала вас. Нет, в самом деле, зачем брать на работу человека, явно неподходящего для этой работы? Зачем возлагать ответственность на кого-то совершенно некомпетентного?
– Ну, я не был таким уж некомпетентным, – возразил Бовуар. Но под пристальным взглядом мадам Арбур вынужден был уступить.
– Если только, – продолжала она, – они не надеялись, что из-за вашей вопиющей некомпетентности вами легко будет манипулировать. Или если вы были частью этого. Предположим, вас пригласили для обеспечения операции прикрытия. Человек, разбирающийся в преступлениях, наверняка умеет и скрывать их.
– Если уж пошел такой разговор, – нанес ответный удар Бовуар, – то зачем брать компетентного инженера…
– Блестящего инженера.
– …в отдел, где не осуществляется никакого инженерного проектирования? Наверное, для прикрытия, чтобы помешать мне заметить что-нибудь. А что мне еще оставалось думать?
– Ну тут вам нечего опасаться, – сказала мадам Арбур. – Вы вполне способны пропустить что угодно и без моей помощи.
– У них в офисе, наверно, очень веселые рождественские вечеринки, – шепнул Даниель матери.
– В конце концов я осознал свою ошибку, – признал Жан Ги. – Вы сидели там не для прикрытия, вы искали что-то, и я захотел узнать что. Поэтому и пришел к вам домой сегодня днем. Выяснить, что вам известно о люксембургском проекте. Но вы меня удивили.
– Чем? – спросил Гамаш.
– Патагонским проектом, – ответила мадам Арбур. – Я по-прежнему думаю, что и с люксембургским проектом что-то не так, но, как я вам говорила на Эйфелевой башне, ключ к проблеме кроется в Патагонии.
– На Эйфелевой башне? – удивилась Анни.