Расследование старшего инспектора Армана Гамаша приводит его и его семью в опасный заговор в Париже. После трагического события появляется загадочный ключ, открывающий новые тайны о семье Стивена Горовица. Перед Гамашем встает вопрос о доверии к окружающим и скрытых угрозах.
Он может за считаные минуты прочитать финансовый документ, но вряд ли сумеет разобраться в техническом отчете.
Теперь они блуждали в темноте, где их подстерегала опасность поверить, что они не совсем заблудились. Гамаш всегда предупреждал своих людей, что именно на этом этапе многие расследования заходят в тупик.
– Ты говоришь, что, когда ты сменил тему, мадам Арбур расстроилась?
– Да, немного, – ответил Бовуар.
– Ты сказал об этом Стивену?
Бовуар порылся в памяти:
– Нет. Вы думаете, тут что-то есть?
– Я думаю, было бы полезно получить экземпляр технического отчета по этому фуникулеру.
– Но у Стивена не было при себе отчета. Если он собирался обнародовать что-то, разве он не взял бы отчет на собрание ГХС?
– Может быть, он его припрятал. Может быть, незваный гость именно его и пытался найти. Не сам отчет, а доказательство того, что там что-то не так.
– Верно. Посмотрю, что мне удастся сделать. Может быть, позднее забегу на работу. Но в таком случае я не попаду на вскрытие.
– Oui. Но даже если я найду технический отчет, вряд ли он будет полезен, – сказал Жан Ги. – Я по-прежнему ничего в них не понимаю.
– Тогда мы найдем кого-нибудь, кто понимает.
Бовуар выпрямился и сосредоточенно сдвинул брови:
– Вчера я сказал Стивену, что прикладываю все усилия, чтобы разбираться в технических делах. Он сказал, что делал то же самое.
– Это значит, он пытался разобраться, – сказал Гамаш. – Может быть, даже читал отчет по фуникулеру.
– Да. Еще он сказал, что нашел полезным читать электронную переписку между инженерами и головным отделением.
– Головное отделение находится в Париже. Это твой офис. Ты можешь заполучить эти документы? – Гамаш подался вперед.
– Попробую. – Жан Ги прищурился, быстро просчитывая в уме варианты. И делая выводы. – Но если что-то не так с конструкцией фуникулера и Северин Арбур заметила это, почему она мне ничего не сказала? Зачем привлекать мое внимание к люксембургскому отчету, а потом ничего не говорить?
– Может быть, она собиралась сказать, но ты сменил тему разговора. И это разозлило ее.
– Черт, похоже на правду, – сказал Бовуар. – И все же, будь это серьезное упущение, она бы отбросила свои чувства и настояла на том, чтобы я ее выслушал.
Гамаш откинулся назад и снял очки, тоже пытаясь найти ответ.
– Мадам Арбур – инженер, верно?
– Да. Кароль Госсет, мой непосредственный начальник, характеризует мадам Арбур как очень знающего инженера.
– Тогда интересно, что ее посадили в отдел, призванный контролировать других.
