В провинции родилось молодой человек с интуитивным пониманием организаций и людей. Его пригласили на уникальную работу — личный помощник и координатор для известного бизнесмена, требующий ненормированных часов. Здесь каждый день — новый вызов, каждый клиент — личность с загадочными потребностями. В этом вызове затаилось приключение, которое превратит обычного помощника в стратегического организатора....
— То есть ты не уверена? — поинтересовался Макс, целуя меня в шею.
— Я… я… уверена…
После этого мою голову развернули и жарко поцеловали. Немного помедлив, я ответила на поцелуй. Руки Макса поползли вверх по моим рукам, и, не прекращая целовать меня, Лагфорт взялся за края халата и стянул его с меня. Освободив от него руки, я обвила их вокруг шеи Макса и прижалась к нему всем телом.
Разомкнув наши губы на несколько секунд, Лагфорт стал стаскивать с себя одежду, и я нетерпеливо помогала ему: целуя Макса, резкими движениями расстегивала, тянула, стаскивала.
Он же с моей ночной рубашкой разделался просто — порвал ее одним движением и отбросил прочь. Его руки потянулись к завязкам панталон.
— Тася, — шептали его губы, пока он осторожно стаскивал с меня белье.
А потом Лагфорт опрокинул меня на подушки — и мы принялись исследовать тела друг друга.
Жарко меня целуя, Макс осторожно, легкими прикосновениями, гладил мою шею, лаская пульсирующую жилку, и тут же повторял губами путь рук.
Я же в это время сильно и страстно гладила его спину, грудь, борясь с желанием перейти к более откровенным ласкам. Мне не позволяли, лишь шепнув:
— Я не железный, попробуешь ласки в следующий раз.
И снова поцелуи, пока одна рука удерживает мои руки над головой, а вторая пустилась в путешествие по телу.
Нежные прикосновения, осторожные движения вниз, около груди: пальцы назгара кружат вокруг полушария, но не прикасаются к нему. Мое тело выгибается, просит о большем. Но Макс лишь с силой целует, переместив руку мне на живот.
От неудовлетворения я, освободив губы от его рта, откидываю голову назад и выгибаюсь всем телом, издавая протяжный стон.
Не знаю, сколько он дразнил меня таким макаром, но вот, уже не помня себя и желая большего, я сжала ногами его бедра, но он, сильно поцеловав, сказал:
— Нет, Тася, я еще не насладился твоим телом."
"И снова дразнящие ласки, сводящие меня с ума.
