Автор
Под твоими окнами стучит сердце Натальи Долинины, и каждый звук — это свидетельство ее отчаяния. Всюду вокруг чувствуется неоспоримый закон любви – она исходит из глубины души, не потому что ты приказываешь, а просто потому что так хочется иначе.
По пути запнулась о ножку чужого стула… Рассядутся в проходе! Хорошо, что была в кедах, иначе точно в спешке не удержала бы равновесие и навернулась.
Но из кафе я вышла с невозмутимым видом, который мне удалось напустить на себя. Леня с букетом в руке казался таким трогательным, что меня переполнила нежность. Но я все-таки немного опасалась, что цветы предназначаются не мне.
– Привет, – смущенно сказала я, подойдя к нему вплотную.
– Привет! – эхом отозвался Леня и протянул мне букет.
– Гортензии – мои любимые, – пролепетала я, уткнувшись носом в букет.
А потом мне пришло в голову, что мы стоим у окна и за нами точно следит Лика. Я повернулась и, естественно, наткнулась на заинтересованный взгляд подруги. Лика сидела, развалившись за столом, и, уплетая пирожное вместо попкорна, наблюдала за нами. Я рассмеялась, показала ей язык и взяла Леню за руку.
– Прогуляемся? – предложила я. – Как ты здесь оказался?
– Мне тоже нужно было уехать в город, – ответил Леня.
Я огляделась. Недалеко от кафе стояла цветочная палатка.
"Мы петляли по залитым солнцем улицам, а затем вышли на набережную Кутузова. Немного постояли у гранитного парапета, разглядывая спокойную Неву. А затем, взявшись за руки, снова побрели вдоль набережной. Я почему-то подумала о том, как жаль, что нет мотоцикла. Сейчас бы за несколько секунд набрать скорость и рвануть до нашей дачи, чтобы мотор ревел, ветер шумел, а мы неслись по дороге, не думая ни о чем… Только скорость и адреналин.
– Мне не нравится, что ты гоняешь на мотоцикле, – немного погодя, сказал он.
Я от такого неожиданного заявления даже сбавила шаг.
– Что ты имеешь в виду?
– То и имею, – ответил Леня, – мотоциклы – это не женское дело, к тому же очень опасное.
