У Хмурого поначалу все кажется сложным и легальным бизнесом, но это лишь покрытие для масштабных грабежей и коррупции. Внезапно его жизнь переворачивается, когда появляется приказ на ликвидацию. Человек в сером костюме объявляет об этом как о банальном задании, но Хмурый знает, что подступиться к Гаврову — настоящее испытание....
На улице еще светло. Сумерки только начинают сгущаться.
– Нет, а что? – Настя прятала от него глаза. Ей было стыдно. Как будто это она все начала...
– У моего друга есть квартира. А у меня ключи от нее. Там, кроме нас, никого не будет.
– И что мы там будем делать?
«Идиотский вопрос...»
– Посидим, поболтаем, музыку послушаем. Можно выпить, чуть-чуть. Не пожалеешь...
«Такой же и ответ...»
– Выпить не хочу. А поболтать можно и здесь, на улице.
Настя боялась остаться наедине с Антоном. А ведь совсем недавно она думала совсем по-другому.
До самой темноты они бродили по пустынному парку. Затем Антон проводил ее домой. На этом и закончился второй день их знакомства."
"Уголовник он или нет, Настя не знала, но не могла думать о нем плохо. Вел он себя безукоризненно.
Когда они подходили к дому, навстречу им попался Денис. Увидел их и озорно так улыбнулся, сорванец. И он не против Антона.
А чего ей, интересно, так ревностно блюсти себя? Так думала Настя ночью в своей кровати.
В следующий раз она, отбросив сомнения, отправилась с Антоном в пустующую квартиру.
Не отказалась от бокала шампанского. Смело расправилась и со вторым, третьим...
Опьянела, потеряла голову и потому без сопротивления отдается – пусть так и подумает о ней Антон, когда это произойдет. Может, не будет ее тогда презирать.
Но он, похоже, не торопился вкусить от запретного плода.
Бережно, словно она из хрупкого стекла, подвел ее к ложу, застеленному белоснежной простыней, зашел к ней сзади, прижал к себе. Его руки запорхали по всему ее телу, искусно затрагивая потаенные струны чувственности.
Охваченная желанием, она даже не заметила, как осталась без платья. Антон опустился на колени, зацепил пальцами ее трусики, медленно потянул их вниз.
Его влажный теплый язык скользил по ее атласной коже, а руки сбрасывали белую кружевную ткань.
Обнаженную, он уложил ее на кровать. Разделся сам. Его шальной язык коснулся сосков ее грудей, забрался в ложбинку между ними. Стал опускаться ниже, коснулся живота. Затем снова пополз вверх. Их губы слились в долгом поцелуе.
Настя изнывала от неземного блаженства.
Пальцы Антона коснулись ее «норки», нащупали «волшебную кнопочку». И она куда-то полетела на крыльях острого наслаждения. Сознание тонуло в волнах страстного желания...
