В дверях кабинета стучали, и там ждала Эльвира Алексеевна – женщина скрытная и строгая, а не тот случайный выбор в коридорах, где каждый шаг может стать последним. Все начинается со лжи – маленькой и глупой, но с каждым разом эта ложь становится все больше и больше, затягивая Эльвиру в тоннель неправды....
Похоже, «Всё начинается со лжи» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Идиот!
Вышколенный официант протянул ей бокал шампанского.
— Надеюсь, нет. Ты и соскучиться не успеешь, — ободряюще улыбнулся я и себе выбрал шот оранжево-красного цвета. Я не гурман, и от слова «совсем» не разбирался в том, что было налито. Напиток приятно пах апельсином. Пару секунд подумав, я заменил им шампанское в Элиной руке.
— Уверен? — она приняла рюмку, подозрительно прищурившись.
— Исключительно в терапевтических целях, — подмигнул я. Вернул шампанское и взял себе ещё один такой же шот.
— За тебя! — подмигнул я.
Алкоголь мягко обжёг горло. Теплом разлился в желудке. Приятной горечью откликнулся во рту.
— Вот чёрт! — выдохнула она. Последовав моему примеру, опрокинула рюмку, но этот её смелый жест снова вернул меня к тому, что на ней ничего нет, кроме этого соблазнительного платья. Моя сумасшедшая! Смелая. Сильная. Любимая. Желанная.
Чёрт! Она увернулась от поцелуя. Понимаю: помада. Но эта женщина сводила меня с ума. И, скользнув рукой по талии, я прижался губами к её шее, как вампир, всё ещё не оставляя мысль, что нам удастся где-нибудь уединиться.
— Лучше?
— Намного, — соврала она. — Но больше пить не буду, — покачала головой и категорически отказалась от второго шота.
— Точно? А то я знаю ещё одно очень действенное средство…
— Пошли уже лучше покончим с этим быстрее, — убрала она «незаметно» сползшую вниз по бедру мою руку. — А то у меня чувство, что ты боишься больше меня.
— Я не трус, но я боюс, — улыбнулся я. И вот теперь её настроение мне нравилось.
Она многозначительно пожала плечами — жест, что можно было расшифровать и как «почему бы и нет» и как «Павел Викторович, держите себя в руках».
Покидая зал, украшенный многоярусными люстрами и букетами цветов, я истово молился о первом. А вот о том, как пройдёт встреча с моими родителями, не только не молился, но даже не волновался. Какие бы ни были у меня с ними отношения, я был уверен, что мать Матрёшки они примут тепло.
И не ошибся.
Эльвиру мои родители, ожидаемо, не покусали. Но пока они вели ни к чему не обязывающую беседу о том, как повезло сегодня с погодой: тёплый солнечный день, запахи цветущей черёмухи, я всё ещё тревожно крутил головой.
