"
"Звонок не часто тревожит нас в столь позднее время, но в эту ночь с понедельника на вторник, в конце октября, он зазвонил. Я был дома, но не в постели, а в кабинете — только что вернулся в родные пенаты, проводив Лили Роуэн до ее квартиры после театра и легкой закуски в баре «Фламинго». Я всегда, прежде чем подняться к себе, захожу в кабинет, чтобы узнать, не оставил ли Вульф на моем письменном столе какой-нибудь записки для меня. Этой ночью никаких посланий не было, и я как раз направлялся к сейфу, желая удостовериться, что он, как положено, заперт, когда у входа позвонили. Я вышел в коридор и через встроенную в дверь стеклянную панель одностороннего видения разглядел на ступеньках крыльца Пьера Дакоса.
Он часто кормит меня — как, впрочем, и многих моих соотечественников — в одном из трех отдельных кабинетов, расположенных на верхнем этаже ресторана «Рустерман». Мне еще не приходилось видеть его где-нибудь в другом месте, тем более на нашем крыльце, да к тому же глубокой ночью. Отодвинув засов и распахнув дверь, я заметил:
— Я не голоден, но тем не менее — добро пожаловать.
— Мне нужно поговорить с мистером Вульфом, — заявил Пьер, переступая порог.
— В столь поздний час? — удивился я, закрывая дверь. — Только если речь идет о жизни или смерти.
— Именно так оно и есть.
— Но даже в таком случае…
Я внимательно оглядел Пьера, впервые видя его без формы официанта. Мне было известно, что ему пятьдесят два года, однако в просторном драповом пальто до колен и без шляпы он выглядел старше. Казалось, что его тело как-то усохло, лицо съежилось, прибавив множество морщин.
— И чья же это жизнь или смерть? — спросил я.
— Моя.
— Вам придется рассказать поподробнее. Пойдемте, — проговорил я, поворачиваясь и направляясь в кабинет.
Пьер послушно последовал за мной. Здесь я предложил ему снять пальто, но он отказался и поступил, на мой взгляд, благоразумно: в кабинете было уже довольно прохладно. Как всегда, на ночь, экономя топливо, я перевел рычажок термостата на четыре деления вниз. Пододвинув Пьеру одно из желтых кожаных кресел, я расположился за своим письменным столом и поинтересовался сутью дела.
— Как вы справедливо сказали, — начал он, всплеснув руками, — речь и правда идет о жизни или смерти. Моей. Один человек хочет меня убить.
— Это было бы прискорбно и совсем некстати. Хорошие официанты нынче редкость, кроме того, умирать вам еще рановато. Кто он и почему собирается вас убить?
— Вы шутите, а смерть — не шутка.
— Как бы не так. Это жизнь — не шутка… Кто хочет вас убить?
— Расскажу мистеру Вульфу.
— Он в постели, сладко спит. Принимает посетителей только по предварительной договоренности, но для вас, пожалуй, может сделать исключение. Приходите утром в одиннадцать часов.