Итак, под подозрением три ковбоя: Харви Грив, Кэл Бэрроу и Мел Фокс. Три наездницы: Анна Касадо, Нэн Карлин и Лора Джей. А также Роджер Даннинг и его жена. Тебя и Вульфа не было. Мисс Роуэн присутствовала, но если ты видел или слышал что-либо указывающее на нее, ты ведь этого не вспомнишь. Она была с тобой на родео?
– Не помню. Ладно, оставим. Значит, вы свели интервал, в который произошло преступление, к двадцати минутам – с трех двадцати до трех сорока. Кто-нибудь пропадал из поля зрения в этот период?
– Никто ничего не заметил. В этом-то и неприятность, черт побери. Эйслера не любил никто. Ни один из них и ломаного пятицентовика не дал бы, чтобы увидеть, как схватят убийцу. А некоторые, быть может, и целенький приплатили бы, лишь бы посмотреть, как он избежит наказания. Возможно, припомнить что-либо тебе поможет следующий факт: в воскресенье вечером он привел к себе домой женщину, и ею могла быть одна из наездниц. Нам не удалось получить удовлетворительное описание этой особы, но в квартире Эйслера сейчас работают дактилоскописты. Ты был в Гардене в воскресенье вечером?
Я покачал головой:
– Только в среду и субботу. А отпечатки в кладовой?
– Четких нет.
– Вчера вечером я говорил про стальной прут на полке, что лежал поперек остальных.
– Ага. Мы бы и сами его заметили. Его вытерли. Эйслера ударили им по затылку. Прочтешь об этом в вечерней газете. Или хочешь съездить в отдел и взглянуть на него?
– Вовсе не обязательно брать такой тон. – Я был уязвлен в лучших чувствах. – Я же сказал, что хочу помочь, и вовсе не шутил. А помощь вам нужна. Вы в тупике, иначе не явились бы к нам. Ничто виденное и слышанное на родео не внушало подозрений, будто дело клонится к убийству. Мне надо как следует покопаться в своих воспоминаниях. Если получится припомнить что-нибудь, я дам вам знать. Я думал, что вы могли…
– Черт тебя подери!
Кремер вскочил.
– Очки мне тут втираешь?! Черт, да я же знаю, вам что-то известно! Ничего, это еще у вас поперек горла встанет.
Он сделал шаг ко мне:
– Гудвин, спрашиваю для протокола. Известны ли тебе какие-либо факты, которые помогли бы установить личность убийцы Уэйда Эйслера?
– Нет.
Инспектор обратился к Вульфу:
– А вам?
– Нет, сэр.
– Связаны ли вы каким-либо образом с кем-нибудь из этих людей?
– Нет, сэр.
– Погодите минутку, – снова вмешался я. – Дабы избежать возможных недоразумений в будущем…
Я извлек из кармана футляр, достал из него полоску бумаги и продемонстрировал Вульфу.
– Это чек на пять тысяч долларов, выписанный вам Лили Роуэн.
– За что? – вопросил он. – Она мне ничего не должна.
– Но хочет стать вашей должницей. Это аванс. Прошлым вечером она попросила меня вернуться к ней после допроса в конторе окружного прокурора, что я и сделал.