Автор
Третий том собрания произведений о гениальном детективе Ниро Вульфе и его верном помощнике Арчи Гудвине. Серия увлекательных детективных рассказов в хронологическом порядке, где мастерство дедукции и острая интуиция помогают раскрывать запутанные преступления и разоблачать хитроумные...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Всё о Ниро Вульфе. Том 3» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Третий том собрания произведений о гениальном детективе Ниро Вульфе и его верном помощнике Арчи Гудвине. Серия увлекательных детективных рассказов в хронологическом порядке, где мастерство дедукции и острая интуиция помогают раскрывать запутанные преступления и разоблачать хитроумные...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Третий том собрания произведений о гениальном детективе Ниро Вульфе и его верном помощнике Арчи Гудвине. Серия увлекательных детективных рассказов в хронологическом порядке, где мастерство дедукции и острая интуиция помогают раскрывать запутанные преступления и разоблачать хитроумные...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Всё о Ниро Вульфе. Том 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Йигер-младший, жил в Кливленде, работал на одном из предприятий корпорации «Континентальные пластики».
В пятницу вечером Йигер с женой уехали из Нью-Йорка, чтобы провести уик-энд с друзьями за городом. Сам Йигер вернулся в Нью-Йорк в воскресенье днем, а его половина – лишь в понедельник утром. В воскресенье днем семейный особняк на Шестьдесят восьмой улице пустовал. Начиная с 17.02 в воскресенье, когда в Стемфорде Йигер сел в поезд до Нью-Йорка, о его перемещениях ничего не известно.
Полиция пока никого не задержала, окружной прокурор ограничился сообщением, что «ведется следствие».
На фотографии в «Таймс» Йигер демонстрировал стандартный оскал политика. Еще два его снимка поместила «Газетт». Один я видел у Лона в редакции, на другом Йигер лежал у края траншеи, в которой его нашли. Я вырезал фото из «Таймс» и портрет живого Йигера из «Газетт» и вложил в свою записную книжку.
В 8.51 я поставил на столик пустую кофейную чашку, поблагодарил Фрица за завтрак, сказал, что, может быть, вернусь к обеду, а может, и нет, и поднялся этажом выше к Вульфу. На столе у окна стоял поднос с грязной посудой и лежала «Таймс».
Вульф перед зеркалом платяного шкафа завязывал галстук свободным узлом. Понять не могу, зачем нужен галстук утром, когда он собирается наверх, в оранжерею, чтобы провести там два часа. Может, из уважения к орхидеям?
Он буркнул: «Доброе утро», закончил с галстуком и только тогда повернулся ко мне.
– Убываю, – доложил я. – Инструкции?
– На твое усмотрение."
"– Нет уж, сэр! Это мы проходили вчера. Вы посылаете меня или нет? Понятно, что ясности не прибавилось, разве только полиция что-то держит в секрете. Он был мертв по крайней мере четырнадцать часов, когда тот тип приходил ко мне вчера. Я записал весь наш разговор, запись лежит в верхнем ящике моего стола. Какой суммой я могу располагать?
– Достаточной.
– Но есть какие-то пределы?
– Разумеется. Их подскажут тебе здравый смысл и осмотрительность.
– Ясно. Ну, когда вернусь, тогда и вернусь.
Спустившись в кабинет, я открыл сейф и взял из суммы, отложенной на текущие расходы, пятьсот баксов потертыми пятерками, десятками и двадцатками. Потом достал из ящика письменного стола плечевую кобуру и сунул в нее заряженный «марли» тридцать второго калибра. Несколько лет назад, нарвавшись на крупные неприятности из-за отсутствия пушки, я зарекся выходить из дому с одним карманным ножом, когда мы расследуем дело об убийстве.
В прихожей меня несколько задержали раздумья о том, надевать ли пальто и шляпу. Ненавижу возиться с ними. На дворе было пасмурно, и в половине восьмого по радио пугали проливными дождями. Какого черта, сказал я себе, кто не рискует… С тем и вышел.
