Автор
Дмитрий Иванович узнает о том, что его предполагаемый брак с Татевик Багратовной недействителен. Возникает конфликт вокруг юридических документов и неожиданного статуса брака, что ставит перед героем новые дилеммы. Интрига обостряется, когда выясняется детали, связанные с паспортами и наследством.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Все по-настоящему» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Дмитрий Иванович узнает о том, что его предполагаемый брак с Татевик Багратовной недействителен. Возникает конфликт вокруг юридических документов и неожиданного статуса брака, что ставит перед героем новые дилеммы. Интрига обостряется, когда выясняется детали, связанные с паспортами и наследством.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Дмитрий Иванович узнает о том, что его предполагаемый брак с Татевик Багратовной недействителен. Возникает конфликт вокруг юридических документов и неожиданного статуса брака, что ставит перед героем новые дилеммы. Интрига обостряется, когда выясняется детали, связанные с паспортами и наследством.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Никогда не ездила за решеткой… — пытаюсь бодриться, хотя на это уже нет сил. Обнимаю Клима, кусаю губу, но все равно не могу сдержать слез, когда говорю: — Если бы ты знал, как я испугалась. Если бы ты только знал…
— Я знаю, хорошая моя, я же был там, помнишь? Европа, мать её!
Глава 16
Клим
Я разговариваю по телефону с Линевым, когда Тата выходит из ванной. Белая, напуганная, с распухшим от слез носом и красными глазами. Такая родная, что при ее виде что-то в груди екает. Подзываю жену рукой, терпеливо дожидаюсь, когда она подойдет, и только тогда, прижав ее одной рукой к своему боку, продолжаю разговор:
— Карты я заблокировал сразу же. Мне нужны новые… Когда, ты говоришь, будет курьер? И номер! Нужно восстановить телефонный номер… С твоей доверенностью все в порядке? Отлично. Постарайся все сделать как можно скорей. Нет… Шульман не в курсе обстоятельств… Да, завтра расскажу. У нас встреча в клинике… Пусть Лена сдвинет ее на пару часов. Нам нужно перевести дух, после нападения.
Телом Татки проходит дрожь. С силой растираю ее плечи и сворачиваю разговор. Не до него. Веду носом от уха к тонким, влажным после душа волоскам на виске.
— Я, наверное, до сих пор воняю этими курами, — вздыхает Татка.
Смеюсь. И качаю головой. Никакими курами моя жена не воняет. Но в фуре, в которой мы добирались до города — фонило, дай боже.
— Глупости. Ты пахнешь великолепно. Пойдем укладываться?
— Ложись, если хочешь, я еще посижу.
Татка ежится, ее изумительно гладкая кожа покрывается мурашками, а плечи опускаются вниз. Вспоминаю черные руки того урода, на ее бедрах. Ярость вновь обжигает нутро и отдает тянущей болью в грудине. Я чувствовал себя таким беспомощным, глядя, как эта тварь лапает мою жену. Таким, мать его, беспомощным…
— Знаешь что? Здесь должен быть мини-бар. Давай выпьем, что ли?
Обвожу взглядом комнату. Открываю дверцу и, стиснув зубы, интересуюсь:
— Ром? Виски? Водка?
— Ага…
Оборачиваюсь. Смотрю на нее, такую домашнюю, и на сердце теплеет. А еще отпускает… Не до конца, но хоть так.
— Неужели все сразу?
— Чую, не отмыться мне после той истории в стрип-клубе, — подхватывает Татка.
— Почему это? Мне понравилось.
Свинчиваю крышку с бутылки виски, выливаю в стакан и протягиваю жене.
— А кола там есть? Плесни, а?
— Как можно портить вкус виски колой?
— А как его можно пить чистоганом?
Посмеиваясь, добавляю колы в стакан, открываю водку для себя. Прежде чем самому приложиться к бутылке, чокаюсь с женой:
— Ваше здоровье.
Татка выпивает залпом полбокала и проводит красивыми пальцами по губам, стирая остатки влаги. Знаю, что сейчас ей не до этого, но все равно не могу удержаться. Наклоняюсь и целую. Слизываю вкус виски с губ.
— Когда ты встал с пола, я ужасно испугалась…
— Только тогда? — шепчу, не отрывая губ от ее рта.
