Кажется, ты хотела взять дом в ипотеку? И туда я тоже засуну свой длинный нос! Мало?! В ход пойдет все, пока от тебя не останется нихрена!
В конце своего спича даже я втягиваю голову в плечи — так пугает его хорошо поставленный, командный голос, — чего тогда о Насте говорить? Она бедная стоит ни жива ни мертва! Лупит глазами. Кажется, даже ее кроваво-красная помада стала бледнее…
— Паш, у меня…у меня нет таких денег и…
— Пиздишь? Мне? Серьезно?! Или ты думаешь, что я не проверил состояние твоих счетов?! Тогда ты еще тупее, чем была раньше, мать твою!
Она громко сглатывает, Паша щурится.
— Вернула. Ее. Деньги. Сейчас! Не выводи меня, Настя! Ты знаешь, что здравого смысла у меня нет!
Это, кстати, тоже правда…
Все знают. Кто его знает…
Так что буквально через пять минут я довольная выхожу на улицу, проделывая нехитрые манипуляции со своим счетом — то есть перевожу долг Адаму, потом бросаю на Пашу взгляд.
Он шумно вздыхает и направляет лицо к небу.
— Знаю. Мне это самому не нравится…
Усмехается, переводит взгляд на меня, жмет плечами.
— Наверно. Но, знаешь, иногда все-таки давит.
— То есть…неужели ты делаешь то, что нужно, а не то, что хочется?
— Чтобы иметь возможность делать то, что хочется, иногда нужно делать то, что нужно.
— Вау…как по-взрослому. Ты ли это? Или тебя похитили инопланетяне и подменили? Ты далеко от зоны 52 жил?
— Я на все сто процентов натуральный! В бизнесе иные правила, Хвостик. Иногда надо быть очень жестким, чтобы удержаться. Тебя с радостью собьют с ног и затопчут, если ты позволишь. Тогда просрешь абсолютно все, что имеешь, а кому этого захочется?
— Но тебе…неприятно, да?
— Быть жестким? Не особо люблю занимать такую позицию, что есть, то есть…Это действительно давит, иногда слишком сильно, но выбора нет, Лиз. С волками жить и все такое…Кстати, Зона 52* — миф, но в любом случае она находится где-то в районе Лас-Вегаса, а не в Сан-Франциско.
Подмигивает и подталкивает меня к моей машине, и я иду покорно. Но не из-за его приобретенных примочек, просто вдруг думаю: интересно, Адам считает так же? В смысле…ему тоже приходится делать то, что надо, чтобы делать то, что он хочет? И это на него давит? Забавно, ведь я под этим ракурсом даже не смотрела на его работу. А вдруг и правда? Могло ли быть так, что его работа как-то сыграла в том, что произошло, а если так, то почему же тогда он молчал?…
В этот момент телефон вибрирует в моей руке, и пока Паша издевается над Катей, я смотрю на экран:
Слегка улыбаюсь.
