Всё самое плохое в моей сестре — это то, что она чересчур взрослый человек. Умная, решительная и иногда холодная как лед, но все равно заставляет меня задуматься о взрослом мире, который я только начинаю понимать. Книга проникает в мир её души через эмоциональные перепады и шокирующие тайны....
— А мне нравится ее Могучая Марта, — сказала Матти. Она полезла в карман своих джинсов и вытащила визитку. — Вот здесь номер моего телефона и электронная почта. Я как раз подумала — может быть, мне удастся сделать какую-нибудь мастерскую, где дети могли бы рисовать во время каникул. Может быть, Марти хочет принять в этом участие?
Может быть?!
Мы вернулись к Мелиссе, и я стала без умолку рассказывать о моей новой подруге Матти и о моей блестящей карьере по настенной росписи.
Мелисса только таращила глаза.
— Марти, пообещай мне, что не будешь рисовать на наших стенах, — сказала она. — Если я найду где-нибудь хотя бы малюсенькое пятнышко Могучей Марты, ты об этом очень-очень пожалеешь.
— Ладно, обещаю, — я посмотрела ей прямо в глаза. — Мелисса, все будет классно. Теперь я буду соблюдать в нашей комнате экстрапорядок, и аккуратно складывать свою одежду, и хранить своих зверей в шкафу. И вообще, Мелисса, я собираюсь стать самой лучшей сестрой — вот увидишь.
И Мелисса, и мама, и папа засмеялись — но я ведь и правда так думала.
Папа закрепил приставную лестницу так, чтобы она больше не могла съехать.
— Но ты все равно должна быть очень-очень осторожной, — сказала мне мама. — Я думаю, чем скорее мы сможем позволить себе настоящую кровать для близнецов, тем будет лучше!
Они с папой поцеловали меня на ночь, и папа сказал:
— Спите детки крепко, клопов я запер в клетку.
Я тыщу лет не могла заснуть. Я завернулась в Уилму, но ее компании мне оказалось недостаточно. Я была одна в этой большой и тихой комнате, и вроде бы все было спокойно.
Я печально втянула носом воздух, скучая по ее сладкому розовому запаху. Я прислушивалась к тишине, чтобы услышать ее тихое похрапывание.
