Мир, где фашистская Германия одержала победу, породил конфликт между Россией, Германией и Японией. В начале девяностых империи рушатся, и все способные держать оружие сталкиваются с ужасами. Нарастает напряжение между силами, которые стремятся к власти, и неизбежным разрушениям.
Раздел Chitat.online для книги «Все способные держать оружие…» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Мир, где фашистская Германия одержала победу, породил конфликт между Россией, Германией и Японией. В начале девяностых империи рушатся, и все способные держать оружие сталкиваются с ужасами. Нарастает напряжение между силами, которые стремятся к власти, и неизбежным разрушениям.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Андрей Геннадьевич Лазарчук Легкое чтение Любовные романы Фантастика подборки серии
Мир, где фашистская Германия одержала победу, породил конфликт между Россией, Германией и Японией. В начале девяностых империи рушатся, и все способные держать оружие сталкиваются с ужасами. Нарастает напряжение между силами, которые стремятся к власти, и неизбежным разрушениям.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Ряд потолочных фонарей летел навстречу.
Красные огни машин впереди, промельк подфарников слева. Эхо набивалось в уши.
Полтора километра можно было молчать.
– Тьфу на тебя, Верка, – сказал за окном дед, и я открыл глаза. – Жопу бы хоть прикрыла, валяешься, как не знаю кто.
– Жопа как жопа, – сказала Вероника, – чего ее прикрывать? Была бы косая какая, тогда уж…
– Эх, не моя ты дочь, – вздохнул дед. – Так бы щас ремнем утянул…
– Да чего, дядь Бань, загораю, никого не трогаю. И вообще мокрое все.
Сверзились мы таки в речку, не миновали.
– Ну, еще бы, таких пилотов, как ты, у нас в эскадрилье дроводелами звали.
Ладно. Все тихо у вас?
– Тихо. Я собак спустила, если бы что…
– Видел я твоих кобелей: валяются под плетнем, и мухи по ним пешком ходят. Дохи только шить из таких сторожей.
– Так нет же никого.
– Угу. Так вот нет, нет, а потом открываешь глаза: ангелы, ангелы… Он-то спит?
– Не сплю, – сказал я и сел. О-ох… Потянулся с хрустом и подошел к окну.
За окном было ярко, жарко, пахло горячей травой и медом. Гудели пчелы. На солнцепеке расстелен был выгоревший брезент, на брезенте в соломенной шляпе лежала Вероника. Смотреть на нее было одно удовольствие. Рядом, опираясь на какой-то столб, стоял дед и ехидно щурился. • – Отдохнул? – спросил он.
– Пчелки не покусали?
– Почти нет. На кой им дубленая шкура?
– Как у вас там дела?
– Нормально. Уладили. Следователь, конечно, очень удивился, что старый пердун уложил двух бандитов… он их, кстати, узнал. Есть такая группировка «Муромец» – так они из нее.
– Ох, дьявол, – сказал я.
– Знаю. Самое говно. Гитлерюгенд.
– Надо двигаться. А вам, наверное, действительно стоит нанять каких-нибудь пистолетчиков… хотя нужен-то им я.
– Чем ты их так зацепил?
– Да случайно копнул глубже, чем надо, – и вылезло дельце на триста миллионов.
За такие деньги, сам понимаешь, и морду набить могут.
– Но как они тебя тут нашли?
– Черт его знает… через фарера, который меня подвез? Разве что… хотя…
Какая-то догадка у меня, кажется, возникла, но тут Вероника лениво поднялась и подошла к деду.
– Слушай, дядь Вань, – сказала она, – ты же все понимаешь, а?
– Да чего уж не понять. Только учти, Ольга уже матом тебя кроет, чего-то ты там не сделала.
– С Ольгой мы сочтемся… – в голосе Вероники прорезалась хрипотца. – Дай я тебя поцелую.
Она обвила шею деда руками и томно поцеловала в одну щеку, в другую…
– Хватит, Верка, хватит, – смеясь, отбивался дед.
– Ну, раз хватит… – она шагнула назад, а я вдруг снова вернулся в тот миг, когда мы, цепляясь друг за друга и хохоча, выбрались из речки, повалились на песок и стали бешено целоваться. Дед что-то говорил, а она ему отвечала, я отступил от окна, запнулся взглядом за приемник – и чисто автоматически, не знаю, зачем, включил его.
