Мир, где фашистская Германия одержала победу, породил конфликт между Россией, Германией и Японией. В начале девяностых империи рушатся, и все способные держать оружие сталкиваются с ужасами. Нарастает напряжение между силами, которые стремятся к власти, и неизбежным разрушениям.
Раздел Chitat.online для книги «Все способные держать оружие…» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Мир, где фашистская Германия одержала победу, породил конфликт между Россией, Германией и Японией. В начале девяностых империи рушатся, и все способные держать оружие сталкиваются с ужасами. Нарастает напряжение между силами, которые стремятся к власти, и неизбежным разрушениям.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Андрей Геннадьевич Лазарчук Легкое чтение Любовные романы Фантастика подборки серии
Мир, где фашистская Германия одержала победу, породил конфликт между Россией, Германией и Японией. В начале девяностых империи рушатся, и все способные держать оружие сталкиваются с ужасами. Нарастает напряжение между силами, которые стремятся к власти, и неизбежным разрушениям.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
До сих пор ни один из мировых заговоров из стадии болтовни не вышел – именно в силу расколов, изменений целей и так далее… – К чему ты это? – спросил я.
– Не дает мне покоя это число:, шестьсот человек. Потому что, дьявол бы ее побрал, – технология модификации поведения позволяет сейчас обойтись и без двадцати пяти лет, и без триллиона, и без координации. Мы разрабатывали все это, имея целью защитить государство, – и, похоже, доигрались.
– То есть ты хочешь сказать…
– Другое мне в голову просто не приходит. Ничем больше не объяснить развитие событий. Это безумие, но в нем есть система…
– И… подожди. Какова же, по-твоему, цель заговора?,. Если я правильно помню, целью любого заговора является установление мирового господства…
– Это ярлык. Правильнее было бы сказать – установление нового мирового порядка.
– А кому мешает старый?
– Старое всегда кому-то мешает…
Он не закончил. Телефон отца ожил, булькнул два раза и затих. Потом зазвонил опять, в другом тоне. Это был тот хитрый телефон, который сам же и шифровальная машинка: говоришь, а он выдает в эфир лапшу. И только по такому же телефону, в который введен идентичный код, можно понять, что тебе сказали.
– Да… Да, хорошо. Едем. Едем, мальчики и девочки! – обернулся он к нам, заметно веселея. – Клюнуло! И еще, Паша, – в телефон, – выясни немедленно, какая кукунек принимала в ночь на двадцать седьмое, дежурь у входа. Форма девять.
– Куда едем? – тупо спросил я.
– Просто – едем. Едем. Что-то наконец сдвинулось.
Я крался по лестнице, стараясь не производить никакого шума. Подошвы егерских ботинок мягкие, но сами ботинки тяжелые и имеют стальной выступающий рантик.
Внизу я уже цокнул рантиком по ступеньке, и мне не хотелось бы повторить это под самой дверью. Хотя, возможно, за дверью никого и нет… Все равно – обидно было бы из-за такого пустяка, как неподнимающиеся ноги, завалить эту последнюю мою операцию. Все. Дошел. Снял шлем, прислушался. Ничего не слышно, но слух притуплен – сначала турбиной, потом танковым дизелем. Нужно несколько дней тишины, чтобы восстановить его… чтобы потом снова портить стрельбой и тому подобным.
Минута на отдых. Сосредоточься. Понадобится вся твоя реакция.
Время пошло, а в памяти, ошалевшей совершенно после снятия блоков, прокрутилась еще одна картинка из тех, которые я силился вспомнить, но не мог. Мне восемнадцать лет, полевая школа егерей. Приехал Кренкель, недавно ушедший на пенсию министр связи и информации. Егеря, помимо всего прочего, охраняют наиболее важные объекты этого министерства. Кренкель оказался замечательным рассказчиком, официальная встреча затянулась до вечера и незаметно перешла в какой-то скаутский костер.
