А вообще, все эти дружеские подтрунивания здорово разряжали и оживляли обстановку.
Один герцог в парадном костюме оставался почти серьёзным. Ему по статусу было положено. На Крайтона возлагалась роль посажённого отца. У нас это, насколько помню, так называют.
В общем, к полудню в идеально прибранный двор высыпали нарядные жители замка (по-моему, все - от мала до велика) и организованной толпой сгрудились вокруг круглого пятачка, оставленного для церемонии. Кто-то из взрослых, кому не досталось места поближе, выглядывал в открытые окна, на деревьях гроздьями повисла ребятня.
Первым под шумные радостные возгласы на означенную площадку прошествовал Крайтон. Получил свою порцию оваций, поприветствовал народ и громко огласил причину торжественного собрания. Её, конечно, и так все знали, но положено, значит, положено.
Следом парами выдвигались мы. Лиля под ручку с Мариной и я, такой красивый, с Адалеем и костыльком. К слову, по случаю свадьбы, прежнюю удобную «разношенную» клюшку мне заменили на элегантную трость.
Церемонно встав пред светлы очи герцога, мы прослушали его сердечную речь про то, что данный союз совершается с небесного благословения и всячески сюзереном одобряется, о чём он свидетельствует перед своим народом.
Следом появился толстенький добродушный священник в белом, расшитом серебристыми «иероглифами» одеянии. Святой отец осенил нас отдельно и всех присутствующих скопом божественным знамением и воздел руки вверх. Затем, сложил их перед собой и, нараспев затянув ту самую молитву, которую мы тоже надлежащим образом выучили, повёл нас к украшенной гирляндами цветов часовне.
Голос у служителя Аркона оказался на редкость приятным, а мелодия светлой. И удивительно, как дружно, как едино слова священного текста подхватили люди вокруг. Наверное, эта молитва была для местных самой любимой. Которую, как, например, нашу «Отче наш», знали все. По совести, никогда поклонником церковных церемоний не был. (Хоть «Отче наш» помнил наизусть – дед заставил вызубрить от начала до конца.) Но тут даже морозец по позвоночнику пробежал.
Проняло. Мистика какая-то. Произнося со всеми слова гимна, я, честно признаться, про себя просил прощения у местного бога за то, что вообще делаю это и вхожу в его храм без должной веры. Потому, что атеист ты, или нет, мне кажется, к таким вещам нельзя относиться пренебрежительно. В смысле, уважение к «хозяевам дома» должно оставаться.
Внутри маленькой и даже какой-то уютной часовни всё оказалось вполне традиционно. Большие и маленькие иконы, свечи, тишина и покой. Святой отец встал у полотна с ликом Аркона, мы с Лилей на полшага дальше слева и справа от него. Крайтон с Мариной и Адалеем в стороне, но тоже все лицом к иконе.