В кабинете отца главной героини - Марине - экран компьютера сиял светом, придавая атмосферу уютности и тревоги. Теперь она хозяйка семейного бизнеса, но чувствует себя в этом новом статусе подавленной и пустующей, каким-то образом ожидая нового начала.
То ли путь к его сердцу (в отличие от нормальных мужчин) пролегал как-то криво, в смысле, мимо желудка, то ли у него вообще не имелось сердца, то ли он был всё ещё слишком увлечён своей продырявленной ногой – не знаю. Разговор не клеился.
Более того, он вообще не был расположен беседовать со своими подопечными. А Лилькино мурлыканье его только злило. Одно слово – сволочь бессердечная. Чурка с глазами.
- Пап! – совершенно отчаявшись, самым глупым образом мысленно взмолилась я, - Ну почему?! Какого лешего ты жахнул своими молниями именно в нас? Не мог нормально прицелиться и заслать сюда Данила с родителем и всей недружественной компанией?
Ответа, как и стоило ожидать, не последовало.
- Ладно, Лиль, отбой. – расстроенно остановила я сестрины попытки обаять нашего бездушного сторожа, - Бесполезно.
- Ну подожди, - не сдавалась младшая, - скорее всего, этого гада скоро сменят – не будет же он тут сутки торчать, вдруг тот новый посговорчивей окажется?
- Сильно сомневаюсь.
- Да ты что-о?! – снова привлекая к нашей «камере» внимание Цыгана, неосмотрительно громко возликовала сестра.
- Тише ты. - шикнула на неё, - Всю конспирацию порушишь. Сейчас опять угрозы свои угрожать примчится. Чего доброго, засядет тут возле нас и поговорить не даст.
Я осторожно выглянула в сторону охранника, которого младшая так допекла своими потугами развязать душевную беседу, что он просто ушёл подальше, к более молчаливым пленникам. В смысле, нормальным – на которых, в отличие от сестры, действовали его страшилки.
- А ты чего, собственно, так радуешься? – подозрительно прищурилась на Лильку, - Я чего-то не знаю?
- Слушай. Короче, - младшая состроила таинственную рожицу, - у Серенького дед был самым настоящим вором.
"- Чего?! Кем, говоришь, у Серенького был дед? – Я для верности даже в ухе мизинцем почесала. Честное слово, думала ослышалась.
- Ну… вором, понимаешь? – растерянно повторила сестра.
- Ты… это сейчас так озорно пошутила? – медленно спросила я.
- Ты чего, Марин, такими вещами вообще-то не шутят. – укоризненно, даже немного нравоучительно ответила та.
Я ещё, наверное, с минуту внимательно изучала лицо мелкой, пытаясь свыкнуться с… э-э… неожиданной новостью.
